Правда о Католической Церкви

>> авторизация <<

Из книги: Скотт и Кимберли Хан «Все дороги ведут в Рим». *

*Смотри также:

9. Жизнь католической семьи

Скотт:

Когда протестанты переходят в католичество, они зачастую испытывают что-то вроде «церковного шока». Они оставляют шумное пение прихожан, активную проповедь с постоянными ссылками на Писание, голос с кафедры, напоминающий умело составленные речи консервативных политиков, живое ощущение общины, неформальные молитвенные собрания, христианские вечеринки с друзьями и совместное изучение Библии – среди которых каждый может выбрать то, что ему по вкусу. Во многих католических приходах ощущается как раз нехватка чего-то подобного. После католического воцерковления человек ощущает, что он вернулся домой в истинно христианском католическом смысле, но при этом в католических приходах порой как раз не хватает какого-то «домашнего уюта». Мы с Кимберли оба ощутили все это.

Католические общины вроде той, что существует в Стьюбенвилльском университете, дают пример иного положения дел. В свое время самым сильным впечатлением от университета стало то, как естественно объединял он протестантство и католицизм. Я говорю о том способе, которым католическая церковь объединяет то, что другие религиозные традиции склонны разделять: праведную жизнь и церковную обрядность, проповедь Слова Божия и социальную активность, горение духа и богословскую глубину, академическое свободомыслие и верность церковность традиции, живые церковные службы и углубленность христианского созерцания, горячую проповедь и единение в таинствах, Священное Писание и Предание Церкви, тело и душу, личное и общее.

С тех пор, как Кимберли приняла католицизм, мы разделяем все это как единая семья. Мы все вместе присутствуем на ежедневной университетской литургии. Евхаристия стала средоточием всей нашей жизни, и мы воспитываем детей в единстве Священного Писания и церковного служения. Ежедневно наши дети наблюдают десятки священников и сотни студентов, которые живут Евангелием в своей повседневной жизни.

Обучение таких студентов – одно из наиболее благодарных занятий моей жизни. У них есть страстное желание изучать Священное Писание, изучать богословие и задавать множество вопросов. Возможность делиться с ними всем, что Господь позволил мне понять и осознать – источник моей нескончаемой радости. Окончив уроки, они стремятся применять то, чему их обучили, в своей работе и отношениях с людьми. Я убежден, что Бог здесь, в Университете, взращивает многих из будущих лидеров католической церкви.

Кроме моей работы в университете, Бог дал нам с Кимберли бесчисленные возможности служения по всей стране. Множество бесед, записанных на аудио- и видео кассетах, достигают столь удаленных районов и стран, которые мне никогда не удалось бы охватить, вздумай я посетить их лично. Эти записи распространились во многих странах. Нам писали и звонили люди из Канады, Мексики, Англии, Шотландии, Голландии, Польши, Литвы, Бельгии, Австрии, Австралии, Новой Зеландии, Ганы, Японии, Индонезии, Филиппин и других стран. А ведь мы уже и не надеялись, что сможем вновь проповедовать Слово Божие вместе!

Все это осуществилось в сотрудничестве с Терри Барбером и «Сент-Джозеф-Коммуникэйшнс». За один год лекцию с историей моего обращения, прочитанную и записанную в 1989 году на встрече, где присутствовало всего лишь тридцать пять человек, приобрели более тридцати пяти тысяч людей. В последние годы их число возросло до нескольких сотен тысяч. Кроме того, Терри выпустил более двухсот моих кассет, посвященных множеству тем, разъясняющих непростые аспекты католической веры.

Мой отец, в конце концов, оказался прав, - и он никогда не позволял мне забыть об этом. Он постоянно давал мне понять, как он гордиться своим младшим сыном, которым стал богословом, но не стал ювелиром.

После долгой болезни он скончался в декабре 1991 года. Это стало одним из тяжелейших, но одновременно и благословенных переживаний моей жизни. На протяжении многих лет отец был атеистом, но через свои страдания он пришел к личной вере в Христа. В течение последних нескольких недель его жизни у нас была возможность провести много времени вместе молясь, читая Священное Писание и беседуя о нашей жизни, и о Господе. Я никогда не забуду, как я держал его руку и закрыл его, когда Небесный Отец призвал его к себе. И при этом я никогда не перестану благодарить Бога за то, что Он дал мне такого земного отца, который помог мне обрести любовь к Отцу Небесному.

Неделей позже, профессор Джерри Кёрк, отец Кимберли, позвонил мне, приглашая в следующем месяце поехать вместе с ним в Рим, на встречу с Папой Римским, Иоанном Павлом Вторым. Этот разговор стал поистине благословением Божиим.

Как основатель R.A.A.P. (Религиозного Объединения для Борьбы с Порнографией), Джерри, в составе группы известных американских религиозных деятелей, был приглашен Святым Престолом для проведения трехдневного семинара в Ватикане. Кардинал Бернардин организовал эти встречи для координации усилий Ватикана в борьбы с разгулом порноиндустрии во всем мире. В конце нашего обсуждения у нас должна была состояться личная встреча со Святым Отцом, чтобы представить наши выводы и обсудить с ним дальнейшие действия.

Так я впервые попал в Рим. Между встречами я смог посетить Собор Святого Петра и другие священные места – не как турист, но как паломник. Я был вне себя от благоговения и восторга.

По окончании этих трех дней, в четверг во второй половине дня нас провели сквозь лабиринты коридоров и проводили в конференц-зал. Пока мы сидели в ожидании прихода Папы, я горячо молился. Когда он вошел в зал, все обсуждения и беседы промелькнули в едином крещендо.

Когда официальная часть была закончена, Джерри представил представил каждого из нас Папе Римскому. Когда подошла моя очередь, я услышал слова моего тестя, обращенные к моему духовному отцу: "Ваше Святейшество, я хотел бы представить Вам Скотта Хана, профессора Францисканского Университета в Стьюбенвилле."

Мы обменялись с ним рукопожатием, и он сразу же перешел к следующему. После этого я стоял, ликуя и благодаря Бога за драгоценную возможность встретиться с моим духовным отцом во Христе, пусть эта встреча продлилась лишь несколько мгновений. Я только что пожимал руку наместника Христа на земле, преемника апостола Петра! Я – бывший ревностный борец с католичеством!

Часом позже участники встречи вновь собрались в том зале, где проходил наш семинар в течение недели. Когда я вошел, я услышал раскаты смеха, исходящие от моей тещи, которая стояла у стола и рассматривала фотографии. Я подошел взглянуть, в чем дело. Подойдя к ней, я увидел, что она рассматривает фотографию её мужа, Джерри Кёрка, представляющего меня Папе Римскому.
- Подумать только! Джерри представляет тебя Папе Римскому!
Вновь расхохотавшись, она обняла меня. Вот какая у меня чудесная теща!

Несколько минут спустя послышался звонок телефона. Пожилой человек вошел в зал и спросил:
- Здесь находится профессор Скотт Хан?
Я поднял руку.
- Вас к телефону.
Идя к телефону, я пытался сообразить, кто бы это мог быть. Я поднял трубку и услышал голос с сильным акцентом:
- Вы сможете завтра в семь часов утра участвовать в ранней литургии, которую проведет Его Святейшество, Папа Иоанн Павел II в своей часовне?

Сперва я подумал, что это шутка. Потом я вспомнил о недавней встрече с профессором Рокко Буттильоне, который предложил воспользоваться его знакомством с личным секретарем Папы для того, чтобы я смог присутствовать на его утренней мессе.
- Да, конечно, смогу.
Но я был так взволнован, что забыл уточнить подробности.

По - счастью, кардинал Кэссиди, один из руководителей ватиканской администрации, присутствовавший в конференц-зале, дал мне все необходимые указания. Я должен был подойти к определенному входу в 6:30 утра, где один из швейцарских гвардейцев Папы должен будет меня встретить.

На следующее утро, почти не спав в ту ночь, я доехал на такси до Собора Святого Петра. Я приехал более чем за час до назначенного времени. Гуляя по площади, я молился на четках и готовился к этому величайшему моменту в своей жизни.

В назначенное время вышел гвардеец, чтобы встретить меня. Он провел меня вниз по лестнице, а затем через несколько коридоров, и наконец я оказался среди епископов и священников, собравшихся для участия в утренней мессе, которую проводит Папа.

Я стоял там, охваченный волнением, как вдруг в дверь заглянул личный секретарь Папы и оглядел комнату. Он спросил:
- Здесь профессор богословия из Стьюбенвилльского университета?
Из-за сильного итальянского акцента я едва смог понять вопрос. Наконец до меня дошло, что он спрашивает обо мне. Я довольно робко поднял руку и сказал:
- Это я.
Он взглянул на меня и кивнул головой.
- Хорошо, я передам это Его Святейшеству.

Я не понимал смысл происходившего, но явно почувствовал на себе взгляды окружавших меня священников, разом подумавших: «Что это за человек, каково его место в церковной иерархии?»

Вскоре нас провели через зал и мы вошли в маленькую часовню. Войдя, я увидел, что Папа Иоанн Павел II уже стоит на своей подушке для коленопреклонения, молясь перед дарохранительницей. Я встал на колени неподалеку от него и попросил Господа, чтобы Он благодатью своей соединил мое сердце с сердцем моего духовного отца, возобновляющего Божественный Завет и празднующим литургическую трапезу Господню.

Сколько благоговения и любви проявлял Папа в каждое мгновение литургии. Я помню, что никогда прежде не испытывал столь живого присутствия Христа во время мессы.

Когда месса закончилась, все присутствующие покинули часовню, а святой отец пребывал в благодарении, стоя на своей подушке для коленопреклонения. Я должен был выйти в числе последних, но не смог преодолеть желания задержаться и вновь преклонил колени рядом с Папой, пробыв в молитве вместе с ним еще около полминуты, - пока не услышал поспешные шаги на входе в часовню. Я догадывался, что они пересчитали присутствующих и обнаружили, что кого-то недостает. Я поднялся и направился к выходу сразу же, как только личный секретарь Папы вернулся в часовню. Решительно, но в то же время мягко он проводил меня в ту комнату, где через несколько минут Папа должен был встретиться с нами.

Ожидая его, я молился и повторял про себя то, что должен был сделать, - и тут Папа внезапно вошел в комнату. Больше всего поразило меня то, как он преобразился: сейчас, сразу же после мессы, он выглядел сосредоточенным и энергичным, а ведь вчера, на общей встрече, его лицо казалось таким утомленным.

Двигаясь по комнате от человека к человеку, он был искренне заинтересован каждым, с кем вступал в беседу. Любому из своих собеседников он уделял такое внимание, словно был с ним в комнате наедине. Он смотрел каждому в глаза и внимательно выслушивал перед тем, как ответить. Потом наступила моя очередь.

Он остановился поприветствовать меня, и поскольку я протянул обе руки, он обнял меня. Потом я вручил ему красиво упакованный комплект серии моих кассет под названием: «Ответы на самые распространенные вопросы» вместе с пакетом, в котором находилось личное письмо и два чека в знак любви и уважения от семей Барбер и Хан.

Он взглянул мне в глаза и сказал:
- Благослови вас Господь. Вы профессор богословия из Стьюбенвилльского университета?
- Да.
- Пожалуйста, передайте мои приветствия и благословения общине Стьюбенвилля.
- Святой Отец, месяц назад скончался мой земной отец, и теперь мой Небесный Отец благословил меня счастьем встретиться с вами, моим духовным отцом.
Услышав это, он обнял меня снова; потом внимательно взглянул на меня и сказал:
- Примите мои соболезнования по поводу смерти вашего отца. Бог да благословит его. Я буду за него молиться.

Мое сердце всколыхнулось – я тут же вспомнил строку из Священного Писания: «Все, что вы свяжете на земле, будет связано на небесах…».

Около минуты занял мой рассказ о моем духовном пути - от пресвитерианского пастора, яростного борца с католичеством, до обращения в католичество и воцерковления, произошедшего со мной шесть лет назад.

Он внимательно выслушал меня, а затем вновь пожал мне руку, благословив и подарив мне четки. После встречи с Папой Иоанном Павлом II, предстоятелем Церкви Христовой, первосвященником и пастырем семьи Божией на земле, я явно ощутил слова Божии, обращенные ко мне: «Сын Мой, лучшее еще впереди».

Кимберли:

Через шесть недель после того, как я была крещена в католической Церкви, наш старший сын, Майкл, принял первое причастие. Я совсем недавно стала католичкой, и чувствовала, что мое сердце вырывается из груди от радости. Я даже не могла себе представить, что чувствовали родители, которые, будучи католиками, мечтали о браке, детях и о том, как они принесут своих детей к трапезе Господней в первом причастии. (К настоящему моменту наш второй сын, Габриэль, уже принял первое причастие, и мы ждем, когда наступит этот драгоценный миг для Анны).

Мое сердце жаждало многого: я надеялась, что Праздник Агнца, нисходящий с неба, станет для них важнее, чем последующая вечеринка, и что сосредоточение на присутствии Иисуса в Святом Причастии станет для них важнее, чем подарки, которые они могли бы получить после.

Как-то раз, на литургии, Скотт склонился ко мне и сказал:
- Представляешь, что сейчас должны думать ангелы?

Его вопрос заставил меня задуматься над тем, о чем я не думала прежде. Разумеется, ангелы присутствуют на литургии, но они не получают Святых Даров. Они, должно быть, смотрят вниз в изумлении и благоговении перед невероятной любовью Отца небесного, той любовью, что послала на землю Иисуса, дабы Он принял смиренную человеческую природу и принес эту жертву во имя нас, той любовью, что наконец дала нам вкусить воскресшее и прославленное Тело и Кровь Его. Сколь велико это таинство!

Небольшой пост перед мессой также стал полезным опытом, поскольку это незначительное умерщвление плоти (а этих умерщвлений было так немного в моей жизни), сконцентрировало мое внимание к самоотречению и ревности о Боге.

Наш переезд в Стьюбенвилль стал благословением Божиим. В университете и общине у нас появилось множество замечательных друзей. Более сорока семей участвовало в группе, которую мы организовали: эта группа осуществляла домашнее христианское обучение детей и называлась «Сердце Марии». Студенты колледжа очень помогали нам в этой работе.

Как изменилась наша жизнь? Мое сердце переполняло милость Господа и радость моего спасения, которые я так старалась, но не могла ощутить в последние пять лет моей жизни. Думаю, что могла бы свести свои чувства к трем ощущениям: восстановленное единение с Богом, обновленное служение и возродившаяся семья.

Духовное воссоединение нашей семьи свершилось. Наша вера и наше упование вновь стали едины, значительно углубившись после всех страданий и борьбы. Я вновь полюбила присутствовать на занятиях Скотта. Я не только не испытывала раздражения на занятиях по изучению Библии – напротив, я стала получать от них истинную радость.

Мы часто вместе приходили на трапезу Божию во Францисканский Университет с группой верующих, которые любили Бога и жаждали разделить свою любовь и полноту веры. В прошлом дети остро ощущали наш разлад, несмотря на то, что мы никогда в их присутствии не обсуждали наших разногласий. Теперь наши дети испытывали не только чувство примирения, но и разделяли радость нашего столь глубокого воссоединения.

Возобновилось наше совместное служение. Конечно, какие-то наши мечты угасли, но Бог возместил нам их с избытком. У нас была замечательная возможность проявлять гостеприимство: ежегодно в нашем доме бывало до трехсот человек. Кроме того, постоянно, друг за другом, приходящие к нам учащиеся колледжа разнообразили жизнь нашего дома. Во время наших со Скоттом еженедельных занятий по изучению Библии наша большая гостиная вмещала толпу от двадцати до пятидесяти человек.

Мы со Скоттом начали совместные записи бесед о нашем обращении. Нам выпала честь встречаться и делиться католической верой с огромным количеством искренних, преданных и зрелых католиков по всей стране. Это служение, осуществляемое через записи, сделанные «Сент-Джозеф Коммуникэйшенз», позволяло донести наши слова дальше, чем мы могли бы их донести, на самом деле путешествуя по стране, как мы мечтали об этом прежде. Мы заняты постоянной проповедью, часто по телефону или по почте, - этому служению мы отдаем все свое время и всю энергию. Подумать только, - мне казалось, что мы уже не будем вместе со Скоттом единодушно служить Богу, это казалось мне невозможным, пока мы живем с ним здесь, на земле.

Это обновление наша семья испытывала потому, что для нас открылись новые пути благодати Божией: постоянная исповедь и почти ежедневное Причастие. Мы с радостью изучаем литургический календарь, соблюдая посты (рождественский, предпасхальный, пятничный) и отмечаем праздники. (Кроме дней рождения и Рождества мы празднуем дни наших святых и годовщины нашего крещения).

Я впервые носила ребенка, будучи католичкой и зная, что каждый раз, когда я получаю Святые Дары, моего ребенка насыщает и лелеет сам Господь. После того, как мы пережили несколько выкидышей, я уже не была уверена, что смогу выносить ребенка положенный срок, но я знала, что каждый день предоставлял мне возможность приносить это дитя к Богу и получать для него благословение священника. Я также впервые обращалась к святым на небесах, призывая их ходатайствовать за моего ребенка. Какой же радостью было родить Джереми Томаса Уокера 3 июля 1991 года и в начале сентября крестить его. Для нас было величайшей радостью также проложить мостик к моей семье, поскольку крестил Джереми мой отец.

Раньше, до тех пор, пока я не перешла в католическую церковь, мы не посещали мессу все вместе. Теперь это стало величайшим моментом каждого нашего дня. Нас благословляли многие священники, которые останавливались в Стьюбенвилле и сослужили на литургии. Изумленная количеством священников, Анна постоянно спрашивает: «Это тоже мой папа?».

Мы высоко ценили нашу протестантскую традицию искренне петь и молиться. Одной из составляющих частей нашего семейного богослужения, которая ценится в Стьюбенвилльском университете, является способ увлекать людей и призывать их разделять радость служения. Как говорит Скотт: «Если уж Святое Причастие не заставит тебя петь, то что же тогда может сделать это?»

Быть вместе на мессе не всегда легко, но всегда – благодатно. Это хорошее время и для того, чтобы находиться рядом друг с другом и для того, чтобы передавать детям нашу любовь и веру. Даже если порой кажется, что перед завершением службы и заключительным гимном полученная благодать уже слегка растрачена на детей (из-за необходимости следить за ними и отвлечения внимания), все равно давать им живое присутствие Иисуса лучше, чем оставить их без него. В конце мессы происходит то, что мы называем «святым единением». Мы возвращаемся к нашей земной жизни, став духовно ближе друг к другу, и вознеся единым сердцем благодарение Богу. Я так благодарна Ему за это воссоединение нашей семьи под духовным водительством Скотта.

Какая это невыразимая радость – обрести свой церковный дом в святой католической Церкви! Вновь и вновь размышляя о нашем жизненном пути, рассказывать другим о том, как Господь вел нас через все сомнения и муки в истинную обитель Его святой Церкви. Воистину, как сказал псалмопевец: «Памятными сделал Он чудеса Свои; милостив и щедр Господь» (Псалом 110, стих 4). Да поможет нам Господь, по Своей неизреченной милости, служить ему всей нашей жизнью, всеми нашими делами, словами и помышлениями!


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Такова история нашего воцерковления. В заключение мы вновь хотим возблагодарить Бога за Его благодать и милость к нам. Мы также хотели бы вкратце поделиться тем, что Бог открыл нам в Своем Слове.

Наши католические братья и сестры, мы хотим вдохновить вас и побудить изучать католическую веру, которая была дана вам как драгоценное наследие. Ради своего блага и блага других – изучайте свою веру так, чтобы вы твердо знали, во что вы верите и почему вы верите в это. Каждый день открывайте Священное Писание и читайте его. Оно есть боговдохновенное и истинное Слово Божие, записанное для вас, чему постоянно, на протяжении веков, учит католическая церковь, особенно остановившись на этом на Втором Ватиканском Соборе. Веруйте в то, что вы прочитали. Рассказывайте об этом. Молитесь об этом. Заучивайте наизусть. Впитывайте Слово Божие, купайтесь в нем, словно в теплой ванне. Изучайте Слово Божие настолько глубоко, чтобы вся ваша жизнь была основана на нем и чтобы вы могли с радостью передавать его другим. Так истинное учение церкви и вера христианская будет распространяться по всему лицу Земли. Католики должны нести свет Христов людям.

Помимо Библии, возьмитесь за «Катехизис католической церкви» и прочитайте его – от корки до корки – хотя бы единожды. Так мы сможем исполнить то, чему учит нас II Ватиканский Собор. Ведь это – учение церкви, церковное предание для наших дней. Нам стоит смахнуть пыль с нашего сборника «Документов II Ватиканского Собора» (ведь он у нас есть, не правда ли?) и провести несколько недель, впитывая живое учение церкви, внимая ее словам, обращенным к нам. II Ватиканский Собор призвал католиков к обновлению, но отклик на этот призыв все еще ждет своего часа. Он придет сразу же, как только обычные католики, - такие, как вы или я, - сделают первые шаги на этом пути. Ведь на самом деле это не так уж тяжело: это может сделать самый обычный человек!

Главный постулат II Ватиканского Собора заключается в том, что каждый верующий призван к святости. Это означает, что все католики - не только священники и другие служители церкви - призваны стать святыми. Это требует от каждого из нас высшей ценностью своей жизни сделать молитву, постоянную молитву. Будучи американцами, мы часто считаем себя «слишком занятыми» для совершенствования и воспитания нашего «внутреннего человека», но, будучи католиками, мы знаем, что это важнее всего, превыше всего. Составьте себе такое расписание, чтобы у вас всегда была возможность уделить время Богу и молитве. На первый взгляд, это просто, но порой это может оказаться очень трудным, - впрочем, жизнь без молитвы, вне молитвы, - труднее всего.

Основой католической жизни должны быть таинства, в особенности – Святое Причастие. Мы не можем исполнить это сами. Христос знал об этом; именно поэтому Он утвердил святые таинства – чтобы всегда питать нас Своей божественной жизнью и силой. Мы должны сделать все для того, чтобы избежать равнодушия и невнимания к таинствам. Таинства - это не магия и не механический способ сделать нас святыми без личной веры и усилий. Христианин не должен механически, равнодушно проходить через литургию – как автомобиль, проходящий через автоматическую мойку. При этом просто ничего не произойдет. Благодать не приходит к нам извне, сама по себе. Это Царство Божие внутри нас, и мы должны сотворить в сердце нашем обитель для Господа нашего. Это тот Завет, которым мы призваны к любви как братья и сестры в католической семье Божией. Христос – это пища нашей души, и мы не должны закрывать уст своих от этой божественной пищи.

Католики, пребывающие в молитве, богопознании и церковной жизни таинств, призваны также быть апостолами Христа Иисуса где бы они ни находились – дома, на работе, в магазине, но особенно – в семье и среди друзей. В последние десятилетия Церковь потеряла буквально миллионы своих прихожан, перешедших в различные протестантские конфессии и общины. Это открывает новые и вдохновляющие возможности не только вернуть в лоно Церкви бывших католиков, но и показать не-католикам истину католической веры, основанной на Библии и сосредоточенной на Христе Иисусе, Господе нашем.

Будем откровенны, многие некатолики заставляют нас устыдиться. С Библией в руке и огнем в сердце, они приносят гораздо больше плода, чем многие из католиков, которые имеют в своей Церкви всю полноту веры, но пребывают в равнодушии и небрежении. У католиков и протестантов единая вера в истинность и непогрешимость Писания, свидетельствующего о Христе; но протестанты лишены живого, непосредственного присутствия Христа, открытого всем верующим в евхаристии. Воспоминание, образ – это как чтение меню в ресторане, по сравнению с подлинным вкушением Трапезы! Но мы, католики, можем быть настолько невнимательны при этом вкушении, что не способны ничего поведать о ней нашим собратьям, лишенным доступа к этой Трапезе. Неужели мы думаем, что Господь требует от католиков слишком многого, желая, чтобы мы помогли нашим братьям, отпавшим от Тела Христова, вновь обрести возлюбленного ими Господа во вкушении святых тела и крови Его? Если мы не сделаем этого, то кто же?

Мы также хотим обратиться к нашим не-католическим братьям и сестрам во Христе. С любовью и уважением мы свидетельствуем о верности Завету нашему Богу, который на протяжении веков отечески опекает святую, католическую и апостольскую Церковь. Апостол Павел в своем Первом Послании к Тимофею (3:15) говорит об этой Церкви как о «доме Божием», который есть «столп и утверждение истины». Это еще одно свидетельство о том, что Божия семья установлена свыше, и ей дарована сила и власть быть единой хранительницей истины Божией.

Единая и единственная Церковь есть Тело Христово и Невеста Христова. Как бы мы назвали того, кто имеет более одной невесты? Если у одного мужчины несколько семей, дети будут стыдиться называть его своим отцом. Истинный отец всегда имеет только одну семью, и дети его не разделены между собой. Единство включает в себя единую веру, единые правила и единый образ жизни. Такова Церковь Божия! Единый Отец, Муж, Жених – и единая Семья, Супруга, Невеста – католическая Церковь!

Это именно та Церковь, о которой Христос сказал: «Я построю Свою Церковь». Это не ваша церковь, и не моя, - это Церковь Христова. Он ее строитель; мы же всего лишь инструменты. Возвеличивание Церкви не принижает славу нашего Господа. Церковь – это Его творение, дело Его рук. Признание величия церкви – ее божественного полномочия и непогрешимого свидетельства – не что иное, как прославление искупительной жертвы Христа Иисуса. И напротив, непризнание авторитета Церкви, пренебрежение ее учением - даже совершаемые в стремлении более правильно и чисто славить Христа, - есть отвержение Самого Христа, Божественной полноты Его благодати и истины. Савлу пришлось понять ошибочность своего рвения в служении Богу, когда Сам Господь явил ему Себя по дороге в Дамаск.

Церковь называют мистическим Телом Христовым, и Душой этого Тела является Дух Святой. Тело без души – это труп; душа без тела – призрак. Церковь Христова не является ни тем, ни другим. Но едва ли её можно было бы назвать Телом, если бы она не была едина, в том числе и внешне. В этом случае апостол Павел не смог бы назвать её Телом Христовым, - он назвал бы ее только Душой. Но душа должна оживлять тело, а не просто витать вокруг него. Когда душа выполняет свою работу, все органы и части тела живы и здоровы. Внутри церкви эти части тела называются «святыми».

Святые излучают жизнь Духа Святого в Теле Христовом. Задача Святого Духа – хранить Тело Христово, пребывающее на земле, живым, в истине и святости. Он делает это в течение вот уже почти двух тысяч лет; и эта единая Церковь именуется католической. Неслучайно единство Церкви скреплено апостольским символом веры: «Верую… в Духа Святого...во единую Святую Соборную и Апостольскую Церковь…»

Центром и основанием учения католической Церкви является Святая Троица. Бог – это вечная Семья трех Божественных Лиц: Отца, Сына и Духа Святого. Завет - это то, что позволяет нам соучаствовать в божественной жизни Господа. Эта жизнь для нас означает наше участие в Божественной Семье – участие как детей Божиих, частиц или членов единого Сына Божия, пребывающего в вечном общении Святой Троицы. Именно это католики считают благодатью, освящающей благодатью Божией. Это возвышенное понимание благодати лежит в основе всех аспектов учения католической Церкви. И Богородица, и Папа, и епископы, и святые, и священные таинства – все это даровал нам Бог по любви и милости Своей к Церкви. Божественная благодать освящает и восстанавливает нашу падшую природу, делая её вновь совершенной и цельной. Благодать не разрушает падшую природу человеческую, но восстанавливает, как бы строя на ней, исцеляя, то есть делая её вновь цельной, неповрежденнной, совершенной, достойной стать частью единой Божественной жизни. Именуя католическую Церковь «Семьей Божией», мы делаем не метафорическое, а метафизическое утверждение. В этом – основание и тайна всей нашей веры.

Это правда, Иисус Христос хочет, чтобы каждый из нас принял Его непосредственно, лично, как своего Господа и Спасителя. Но Иисус хочет гораздо большего – Он хочет, чтобы мы находились в завете с Ним. Я могу лично дружить со своим соседом по улице, но это вовсе не означает, что он хочет, чтобы я переехал к нему и разделил с ним его жилище. Точно так же и цезарь Август объявил себя владыкой и спасителем всех своих подданных, но он не умер на кресте, не принес себя в жертву за других, делая их своими братьями и сестрами. Иисус Христос хочет, чтобы мы пребывали с ним в Новом Завете, который он установил приношением Своей плоти и кровью; через Святое Причастие Он вновь и вновь возобновляет тот же самый Завет. Когда эта жертва за нас вновь появляется на алтаре, мы собираемся на Трапезу Господню, где мы становимся едины с ним и между собой. Иисус хочет, чтобы мы знали не только Отца и Святого Духа, но и Матерь Его, Пресвятую Богородицу, и всех Его святых братьев и сестер, составляющих Небесную Церковь. Он также хочет, чтобы мы жили по тем законам, которые он установил для Своей Церкви на земле: это единая церковная семья, главою которой является Папа, а старшими братьями – епископы и священники. Пусть каждый христианин, принявший Христа как своего Господа и Спасителя, вернется в уготованную нам Самим Христом единую обитель – Церковь. Брачный пир приготовлен и Господь призывает нас: «Се, стою у двери и стучу: если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему и буду вечерять с ним, и он со Мною» (Откровение от Иоанна, 3:20).

Поделиться:


Проголосуйте за или против, воспользовавшись аккаунтом одной из социальных сетей или почтовых служб.