☺ ⚲

22 октября
см. календарь

Правда о Католической Церкви

>> авторизация <<

Из книги: Витторио Мессори «Черные страницы Истории Церкви»

(перевод о. Анджея Щенсного)

Глава I. Иcпания, инквизиция и черная легенда

Черная легенда 1

Североамериканский фильм «Танцующий с волками» был признан лучшим в своем жанре и получил семь «Оскаров». В картине поднимаются острые проблемы жизни индейских племен.

Начиная с середины шестидесятых годов, в вестерны стали вводить экспериментальные изменения. Появились сомнения относительно доброты европейских пионеров, разрушился стереотип «белый — хороший, черный — плохой». С этого момента начал усугубляться кризис, который в итоге привел к тому, что роли поменялись. Изменился угол зрения: теперь в каком-нибудь индейце чаще можно увидеть героя, а в англосаконском пионере — надменного всадника.

Существует известная опасность в том, что эта новая ситуация может привести к новому конформизму «политкорректного» западного человека, как обычно называют того, кто принимает каноны и табу современного мышления.

В прошлом, отлучали от церкви тех, кто не хотел признавать полковника Георга Кустера мучеником защиты цивилизации и образцом «белого патриотизма». Сегодня отлучают от церкви тех, кто плохо отзывается о Сидящем Быке и Щуксах, которые 25 июня 1876 года в Литтл Биг Хорн убили того же Кустера, и вдребезги разнесли Седьмой полк кавалерии.

Несмотря на опасность появления новых конформистских лозунгов, мы не можем не приветствовать открытие другой, протестантской Америки, той, которая дала (и продолжает давать) столько пренебрежительных высказываний о морали Америки католической. Начиная с XVI века, северные государства, оказавшиеся под влиянием Реформации — Великобритания и особенно Голландия, начали вести в своих заморских колониях психологическую войну, придумывая и распространяя черную легенду о варварских завоевательных методах Испании. Эта легенда активно использовалась в борьбе с испанцами за господство над морем.

Сегодня на черную легенду ссылаются даже священники, монахи и вообще католики, которые выступили против празднования пятисотлетия открытия Америки, не отдавая себе отчета в том, что тем самым стали проводниками британо-голландской пропаганды.

Пьер Шано, современный историк, которого трудно заподозрить в необъективности, поскольку он является кальвинистом, пишет: «Антииспанская легенда в своей североамериканской версии (между прочим, в европейской версии она относится прежде всего к инквизиции) исполняла роль удобного защитного клапана. Предполагаемый индейский погром, якобы совершенный испанцами в XVI веке может утаить массовые убийства, совершенные североамериканцами в XIX веке на западной границе».

Прежде чем рассматривать подобные темы, нам необходимо избавиться от изначальных моральных установок, возникающих вследствие того, что мы не желаем признать в истории даму резкую, а иногда и страшную. Исходя, из объективной точки зрения, к которой мы должны вернуться, безусловно необходимо осудить ошибки и жестокость (независимо от их происхождения). Однако не стоит при этом злословить, воспринимая появление европейцев в Америке и их расселение на этих землях с целью создания нового общества как событие ужасное само по себе.

История показывает непрактичность хорошего «каждому оставаться на своей земле и не вторгаться на чужую». Это невозможно не только потому, что этим отвергается возможность какой-либо динамики общественных изменений, но и потому, что вся цивилизация является плодом ассимиляции, а процесс этот не возможен в статичном положении. Даже не углубляясь в анализ Священного Писания, можно заметить, что земля, которую Бог обещал евреям, также им не принадлежала, а была отнята у других. «Добродетельные граждане, отрекающиеся от конкистадоров 1 Америки, забывают, между прочим, о том, что европейцы, прибывшие на новый континент, также встретили там завоевателей. Империи ацтеков и инков тоже были созданы насильственным путем и сохранились лишь в результате кровавых притеснений завоеванных народов, превращенных в рабов».

Часто замалчивается тот факт, что невероятные победы маленького отряда испанцев над тысячами воинов вовсе не являлись результатом вооружения аркебузами, изрыгающими огненную смерть, небольшим количеством пушек (которые в действительности были бесполезны, так как сырой климат нейтрализовал порох) и несколькими лошадьми, которые даже не могли развернуться в джунглях.

Невероятной быстроте и успеху завоевания во многом способствовали местные жители, притеснявшиеся инками и ацтеками. Поэтому во многих местах испанцев встречали не как завоевателей, а как освободителей. Пусть историки теперь попытаются объяснить, как могло случиться, что на протяжении трех веков испанского господства, не было никаких вооруженных выступлений против новой власти, хотя численность ее армии была небольшой, и малейшее восстание привело бы к ее свержению. Представления о вторжении в Южную Америку, существовавшие до сих пор, исчезают при столкновении с цифрами: с 1509 по 1559 год, в период завоевания территорий от Флориды до Магелланова пролива, в Западную Индию ежегодно прибывало более пятисот испанцев, что на протяжении полувека составляет 27787 человек.

Возвращаясь к ассимиляции народов, следует вспомнить, что колонизаторы Северной Америки происходили с острова, называемого Англией. На самом же деле остров принадлежал бритам, сначала захваченным римлянами, затем жестокими германцами, которые и назывались англосаксами. Они-то и уничтожили большинство местного населения, а оставшуюся часть заставили уйти на берега Гали. Затем, изгнав народы, проживавшие на этих землях до них, они создали то, что мы сегодня называем Великобританией.

Кроме того, ни одна из великих цивилизаций (египетская, римская, греческая, еврейская) не были созданы без завоевания и вытеснения коренных жителей.

Поэтому, рассуждая о завоевании Америки европейцами, необходимо избегать моральных утопий, характерной для истории, полной вежливых поклонов и хороших манер.

Объясняя эти факты, необходимо отметить, что существуют разные виды завоеваний, (это стали понимать и создатели фильмов, например, такого как «Танцующий с волками», неоднократно награжденного). Следует однако подчеркнуть, что католические завоевания были менее жестокими, чем протестантские.

Другой известный современный историк Жан Дюмон писал: «Если бы, к их несчастью, Испания (и Португалия) приняла Реформацию, то стала бы пуританской и следовала бы северо-американским принципам, утверждавшим, что «Библия говорит: индеец — существо низшее и сын сатаны». Тогда массовые истребления уничтожили бы в Южной Америке все местные племена. И сегодня туристы, посещающие оставшиеся «резервации» начиная от Мексики до Огненной Земли, фотографировали бы тех немногих, кто является живым свидетелем расовой резни, происшедшей на «библейской» основе.

О результатах завоеваний красноречиво свидетельствуют цифры: если в Северной Америке осталось в живых немногим более десяти тысяч краснокожих, то в бывших испанских и португальских колониях большинство населения состоит из индейцев или потомков местных жителей доколумбового периода, а также европейцев и африканцев (особенно в Бразилии).

Черная легенда 2

Вопрос, касающийся двух способов колонизации Америки (испанского и англосаксонского) занимает особо важное место. Возникло столько споров и разногласий вокруг него, что мы можем сделать всего лишь несколько существенных замечаний.

Возвращаясь к проблеме коренных жителей, которых, как мы уже говорили, в сегодняшних Штатах Америки почти не осталось, можно добавить, что зарегистрированных "членов индейских племен" насчитывается где-то около полутора миллиона. На самом же деле эта цифра незначительна и она может быть еще уменьшена, если принимать во внимание тот факт, что для того, чтобы состоять в этом списке, достаточно иметь одну четвертую часть индейской крови.

Иное положение сложилось на Юге. В мексиканских, индейских районах и на многих территориях Бразилии почти девяносто процентов населения состоит непосредственно из потомков древних жителей или потомков метисов. Более того, так как культура США не заимствовала ничего из индейской культуры, кроме нескольких слов, поскольку она развивалась на основе европейской культуры, практически без какого-либо смешения, то в Америке испанско-португальской процесс расового смешения положил начало развитию новых культур и обществ.

Несомненно, этот процесс зависел не только от уровня развития конкретных народов, с которыми встретились как англосаксонские, так и иберийские завоеватели на этом континенте, а также от разных религиозных основ. В отличие от испанских и португальских католиков, вступавших в брак с индианками, признавая в них такое же человеческое создание, как и они сами, протестанты, (согласно своей логике, выведенной из Ветхого Завета) имели чисто расистский настрой и говорили о культурном и моральном превосходстве, считая себя "избранной лозой", происходящей от Израиля. Сочетая это с кальвинистским учением о предопределении (индеец является существом интеллектуально и морально неразвитым и создан к проклятию, в то время как превосходство белого является знаком избранника Божьего) привело к тому, что этническое и даже культурное смешение сочеталось с беспощадной жестокостью по отношению к провидению Божию.

Подобное происходило с англичанами не только в Америке, но и в других странах мира, куда прибывали европейцы, представляющие протестантскую традицию. Примером этого является южно-африканский апартеид, типичное творение, схожее с теологией голландского кальвинизма. Поэтому вызывает удивление своеобразный мазохизм южно-африканских епископов, которые, не думая о различии и не уточняя, принимают "Документ сокрушения" белых перед черными жителями этой страны. Удивляет и то, что если даже со стороны католиков могли происходить события, заслуживающие порицания, то обстановка в этой стране была противоположна как на практике, так и в католической теории. Как бы то ни было, кажется, что и в настоящее время существует немало представителей духовенства, которые руководствуются критикой несовершенных ошибок своей Церкви.

Практически, формы покорения обеих Америк вытекают из разных богословских систем: испанцы не относились предвзято к коренному населению и не считали, что нужно вытеснить их с законных земель, чтобы укрепить свою власть властелина и собственника. Редко принимается во внимание тот факт, что испанцы (в противоположность британцам) никогда не создавали на территории своей империи колоний, а только провинции. Король Испании никогда не короновался как император индейцев, как это делал король Англии даже в начале XX века. Неизменно с самого начала протестантские колонизаторы считали, что имеют очевидное право, вытекающее из самой Библии, на приобретение без каких-либо ограничений любой земли, какую только смогут захватить, вытесняя или истребляя ее жителей. Аборигены, так как не принадлежали к "новому Израилю", обремененные негативным предназначением, оказались в полном подчинении у новых господ.

Способы управления территориями в разных частях Америки подтверждают эти различия и даже объясняют их последствия. На Юге применялись системы королевских указов; эта процедура была построена на феодализме и, основывалась на том, что властитель закреплял за кем-нибудь конкретную территорию, однако истинным собственником являлось королевство, которое контролировало соблюдение законов проживающими там людьми. Совсем по-другому происходило на Севере, где сначала отдельные англичане, а затем и федеральные власти США распределяли между собой территории как оккупированные, так и те, которые еще будут захвачены; земля продавалась по цене, которую установили только потом: полдоллара за акр. Относительно индейцев, проживающих на этих территориях, собственники могли их изгнать или уничтожить с помощью войск, если это было необходимо.

Термин "истребление"2 ни в чем не преувеличен и соответствует действительности. Например, мало кому известно, что практика скальпирования существовала у индейцев как Севера, так и Юга. Однако у южных она перестала существовать, потому что была запрещена испанцами. Иначе было на севере. Приведем объективное высказывание на эту тему из "Энциклопедии Ларосса": "Практика снятия скальпа распространилась на территории сегодняшних США, начиная с XVII в. белые колонизаторы платили значительные суммы тем, кто приносил им скальп индейца, независимо от того, принадлежал он мужчине, женщине или ребенку".

В 1703 году власти штата Массачусетс платили двести фунтов стерлингов за скальп. Эта сумма была настолько высокой, что охота на индейцев была организована на лошадях со сворой собак, и это превращалось во что-то вроде "прибыльного народного спорта". Поговорка "хороший индеец — мертвый индеец", которой пользовались в США, исходила не только из того, что каждый уничтоженный индеец лишал проблем новых хозяев, а также из того, что власти хорошо платили за его скальп. Эта практика в испано-португальской Америке не была известна, а если кто-то и поступал незаконно, то это вызывало возмущение не только у представителей духовенства, все это время сопровождавших колонизаторов, но и подвергалось суровому наказанию, установленному королем ради сохранения жизни индейцев.

Однако говорится, что миллионы индейцев погибли также и в Центральной и Южной Америке. Это действительно так, но не настолько, что это привело к их полному исчезновению, как это произошло на Севере. Они погибли не от шпаг, выкованных из толедской стали и не от огнестрельного оружия (которое все время подводило, как мы уже рассказывали), они оказались заражены невидимым и смертельным вирусом, привезенным из Старого мира.

Тропические болезни, принимавшие порой масштабы опустошительных эпидемий, на протяжении нескольких лет унесшие жизни половины населения Иберийской Америки, были исследованы группой экспертов университета в Беркли. Этот феномен можно сравнить с "черной смертью", завезенной из Индии и Китая, которая в XIV веке охватила Европу. Болезни, завезенные европейцами в Америку, такие как туберкулез, инфекционная пневмония, грипп, корь, оспа не были знакомы индейцам, жившем в собственной экологической нише, и им не хватало имунной защиты для борьбы с ними. Трудно однако взваливать ответственность за это на европейцев, самих ставших жертвами тропических болезней, к которым индейцы были устойчивы. Следует признать, что экспансия белого человека вне Европы часто являлась причиной такой высокой смертности, что на некоторых кораблях, в определенных климатических условиях и среди некоторых туземцев смерть приносила "богатую жатву". Так как не были известны механизмы заражения (до времен Пастера было еще далеко), нашлись такие люди как например, Бартоломео де Лас Казас — личность настолько противоречивая, что нужно ее рассмотреть, не пользуясь упрощенными схемами — которые стали жертвами ошибок: наблюдая резко уменьшающееся число населения, они подозревали в этом соотечественников, хотя, на самом деле, причина была не в оружии, а в вирусах. Это также относится к позднему феномену заражения некоторых народов во французской Гвиане, а также в районе Амазонки, в Бразилии.

Испанский обычай произнесения имени Иисуса, когда кто-нибудь чихает, связан с тем, что обычная простуда (признаком которой является чихание) являлась смертельной для туземцев, до этого не знавших этой болезни и в связи с тем, лишенных биологической защиты.

Черная легенда 3

“Давление евреев в средствах массовой информации и протесты католиков, вступивших в диалог с иудаизмом, увенчались успехом. Дело беатификации Изабеллы, королевы Кастилии, в последнее время было приостановлено.(...) Боязнь вызвать недовольство евреев, раздраженных беатификацией обращенной еврейки Эдит Штайн и существование монастыря кармелиток в Освенциме помогло тем, кто требовал “время на размышление”, чтобы обдумать продолжение беатификации слуги Божией, так как этот титул уже принадлежал Изабелле Кастильской”.

В статье Орацио Петросилло, опубликованной в “Il nostro Tempo” и в религиозном справочнике “Il Messagero” упоминается, что приостановление беатификации со стороны Ватикана произошло помимо позитивного мнения историков, опирающихся на опыт двадцатилетней работы, выраженной в двадцати семи томах. “В огромном материале, — говорит представляющий дело Анастасио Гутьеррес, — не существует ни одного официального документа, ни личного заявления королевы, который противоречил бы христианской святости”. Отец Гутьеррес решительно назвал “трусливым то духовенство, которое, избегая полемики, не признало святости королевы”. Тем не менее — как говорит в заключении Петросилло — есть ощущение того, что несмотря на трудности, дело все же достигнет цели”.

Это не утешает, поскольку, к сожалению, происходит не впервые. Останавливаясь на проблемах Испании, напомним, что Павел VI приостановил беатификацию3 мучеников времен гражданской войны. В очередной раз мы смогли убедиться, что цена мирных отношений выше истины. В этом случае она вызвала возмущение не только со стороны евреев (во времена Изабеллы они были лишены права проживания в Испании), а также мусульман (вытесненных из Гренады, которая являлась их последним оплотом на территории Испании) и даже со стороны протестантов и иных противников католичества. Все они были агрессивно настроены против старой Испании, где короли имели право называться “католическими монархами”. К этому титулу относились с таким уважением, что в светской полемике все испанское приравнивалось к католическому, а Толедо и Мадрид — к Риму.

Когда говорят о вытеснении евреев из Испании, обычно забывают о некоторых фактах. Например, о том, что еще до правления Изабеллы предпринимались подобные действия со стороны властей в Англии, Франции, Португалии и даже после них многие делали то же самое, хотя их политические решения не были такими справедливыми, как Испанский декрет, который, не смотря на это, был драматичным для обеих сторон

Следует напомнить, что мусульманская Испания не являлась оазисом абсолютной терпимости, как это хотели нам внушить. Как христиане, так и евреи иногда становились жертвами погромов. Однако когда приходилось выбирать между Иисусом Христом, или Магометом, евреи выбирали второго, действуя, как пятая колонна во времена преследования католиков. Следовательно, они были ненавистны народу, вызывали недоверие, считались неискренними христианами, втайне исповедующими иудаизм (los marranos) 4, что вызывало обострение, часто ведущее к кровавой резне, которой власти пытались положить конец. Королевства Кастилия и Арагон, начало которым положила супружеская чета, не успели ещё полностью объединиться, и не могли ни проконтролировать эту ситуацию, ни позволить ей продолжаться, особенно перед лицом контратаки, подготовленной арабами, надеявшимися увеличить число людей, принимавших ислам для личной выгоды.

С юридической точки зрения, как в Испании, так и во всех королевствах той эпохи, евреев считали иностранцами; им разрешено было временное проживание, но без права на гражданство. Евреи полностью понимали свою ситуацию: их пребывание в данной стране было возможно до тех пор, пока это не представляло опасности для государства, чего опасались не только власти, но и народ и его представители. А поводом явилось нарушение прав обращенных евреев (среди которых многие приняли христианство формально), по отношению к которым, Изабелла проявляла “особенную заботу” в такой степени, что решила передать в их руки почти всю финансовую, военную и даже церковную администрацию. Однако случаи “предательства” были так часты, что продолжать такие условия существования было невозможно.

Чтобы ни говорили, но сторонники беатификации Изабеллы убеждены, что “декрет, снимающий разрешение на проживание евреев”, являлся только политической причиной, связанной с общественным порядком и безопасностью страны. Это не было согласовано с Папой Римским, и в связи с этим Церковь не вынесла нужного решения. Даже возможная ошибка может сказываться на святости. Поэтому, если современная еврейская община хотела бы выразить какие-либо претензии, должна была направить их политическим властям при условии, что они несут ответственность за действия своих предшественников, правивших пять веков тому назад.

Комиссия, представляющая дело, дополняет (а нужно помнить, что в своей работе она пользовалась научными методами и советовалась со многими учеными, посвятившими двадцать лет жизни, чтобы исследовать сто тысяч документов средневековых архивов): Альтернатива aut-aut 5, “обратитесь, или покинете королевство”, приписанная католическим королям, неверна и является упрощенным лозунгом, так как уже в то время не верили в такое обращение.

Альтернатива, предложенная в годы политического могущества, и стабильности королевства была скорее такова: “либо прекратите совершать преступления, либо вы должны покинуть королевство”. Доказательством тому могут быть прежние действия Изабеллы, которая защищала свободу иудейской религии перед местными властями, удостоверяя это ответственными заявлениями и помогая в строительстве множества синагог.

Что интересно, значительным является тот факт, что королевский исповедник Томас Торквемада6, имевший дурную славу и являвшийся первым организатором инквизиции, сам был еврейского происхождения, однако лично давал распоряжения об уничтожении евреев. Таким же значительным и показывающим сложность истории того времени является тот факт, что помимо общего сопротивления и политических доказательств, богатые и влиятельные еврейские семьи обращались к единственной власти, которая с удовольствием принимала их и представляла убежище на своей земле, а именно: к Папе. Это может удивить каждого, кто не знает, что папский Рим был единственным городом Старого континента, в котором еврейское общество жило спокойно и счастливо и никогда не было изгнано, даже на короткое время. Нужно было дождаться 1944 г., времён немецкой оккупации, спустя тысячи шестисот лет после Константина Великого, увидеть римских евреев преследованными и приговоренными на нелегальное существование. Многие спасались бегством и в большинстве своем смогли это сделать благодаря католическим учреждениям, возглавляемым Ватиканом.

Воспрепятствовали вынесению Изабеллы на алтарь также те, кто без критики принял эту “черную легенду”, о которой было уже сказано и о которой пойдет речь. Многие из них являются католиками и не могут простить королеве и её мужу Фердинанду, королю Арагона инициативу проведения переговоров с Папой, его покровительство евангелизации земель, открытых Колумбом и финансирования этих походов. Их обвиняют в том, что они явились вдохновителями геноцида, имея в одной руке крест, в другой — меч, а тех, кто избежал смерти, превратили в рабов. Тем временем, правдивая история показывает совершенно другую версию, отличающуюся от этой сложившейся легенды.

Поэтому давайте послушаем, что говорит Жан Дюмон: “Превращение индейцев в рабов, являлось личной инициативой Колумба, так как он был назначен вице-королем открытых земель; и это происходило только в начальной стадии, до 1500 г., на Антильских островах. Католичка Изабелла отреагировала на это (в 1496 г. Колумб отправил в Испанию большое число индейцев в качестве рабов), приказывая владельцам Канарских островов вернуть свободу всем тем, кто был лишен её после 1478 г. Она приказала вернуть их обратно на Антильские острова, своему посланнику Франциско де Бобадилли , поручила снять с них кандалы. Он же был назначен вместо Колумба. Самого открывателя отправили в тюрьму за злоупотребления и доставили в Испанию. С этого момента линия политики была ясна: индейцы становились людьми свободными также как и другие, подчиненные короне, это касалось как человека так и его собственности”.

Если это кому-то покажется идиллией, может ознакомиться с документом Изабеллы, изданным ею перед смертью, в ноябре 1504 г., который является дополнением к завещанию: “Наше намерение состоит в том, чтобы на признанных нами островах и материках как тех, уже открытых, так и тех которые будут открыты, распространять нашу католическую веру, посылая на эти земли духовных и других мудрых лиц, лиц боящихся Бога, чтобы с ревностью учили жителей вере, и хорошим манерам; поэтому сердечно прошу моего Короля и господина и приказываю моей дочери княгине и её мужу, князю, чтобы старались и не допускали, чтобы жителям перечисленных земель и земель, которые будут приобретены была нанесена личная или материальная обида. Сделайте все необходимое, чтобы обойтись с ними справедливо и гуманно, а если в чем-то и будет нанесен ущерб, пусть это будет исправлено”.

Это исключительный документ, подобного и столь существенного нет в истории ни одного колониального государства. Кроме того, настоящая история католички Изабеллы искажена.

Черная легенда 4

Ответственность за такое освещение вопроса о колонизации Америки следует возложить на Бартоломео де Лас Казаса, опираясь на одну из его знаменитых работ, уже в названии которой звучит обвинение: “Краткие отчеты о разрушении Индий”. Если в такой форме испанец, и к тому же еще монах доминиканского ордена, описывает захват Нового Мира, как найти противоположный аргумент? Разве не все еще сказано, разве не вынесен вердикт, осуждающий испанскую колонизацию?

Нет, далеко не все. Более того, истина и справедливость требуют не принимать оскорбления, высказанные Лас Казасом без критики. По мнению современных историков, пришло время, когда человек, резко осудивший режим, должен держать ответ.

Кем являлся Лас Казас? Он родился в 1474 г. в Севилье, в семье купца Франциско Казаса, фамилия которого говорит о еврейском происхождении. Более досконально, провели комплексный анализ “крикливой” личности Бартоломео Казаса позднее, отца Лас Казаса. Он постоянно указывал пальцем на “нечистых”, и ему установили диагноз: “состояние паранойи и галлюцинации” или “мистической экзальтации с потерей чувства реальности”. Однако, это серьезное заключение, многие известные историки, такие, как, например, Рамун Менендес Пидал, вполне согласны с этим, хотя эти исследования принадлежат испанцам, которых можно подозревать в пристрастности.

Вильям С. Малтби не испанец, он американец англосаксонского происхождения, профессор истории Северной Америки в одном из университетов США. В 1971 г. он опубликовал труд на тему: “Черные легенды”, затрагивающие начало мифа о жестокости испанских “папистов”. Малтби считает, что “каждый уважающий себя историк не может серьезно относиться к несправедливым и безрассудным доносам Лас Казаса и добавляет: “Вкратце можно сказать, что этот монах более возлюбил милосердие, нежели истину”.

Некоторые историки, знакомые с этими злостными обвинениями, отнимающими славу гигантской эпопеи Испании в Новом Мире, считают, что источник следует искать (что, очевидно, несознательно) в еврейском происхождении автора. Оценивая его деятельность, можно предположить, что она была унаследована, прежде всего, от врагов Испании, следовательно, противников католицизма, а на самом деле исходила от евреев, изгнанных с Иберийского полуострова. Очень часто историю описывают, исходя из предпосылок, где ее герои ведут себя исключительно рационально и, не допускают возможности (именно во времена психоанализа!) черного влияния того, что иррационально, скрытых импульсов, управляющих даже более известными историческими персонажами. Поэтому возможно, что Лас Казас не смог удержаться в подсознании, что явилось причиной маниакальной клеветы, преднамеренно брошенной в адрес своих соотечественников и даже братьев из ордена, а это все похоже на скрытое мщение.

Как бы то ни было, отец Бартоломео Франциско Казас, участвовавший во второй экспедиции Колумба за океан, где, подтверждая свои семитические таланты и предприимчивость — создал плантацию, на которой начал практику порабощения индейцев, которая, как нам известно, была характерна именно первому периоду конкисты, и по крайней мере, только этому периоду. Молодой Бартоломео, после окончания учебы в университете в Саламанке, выбрался к Новой Индии, где получил богатое наследство отца и, достигнув тридцати-тридцати пяти лет, а может и дольше, применял те самые жестокие методы, которые позднее с таким же рвением будет клеймить.

Благодаря обращению, изменил свой взгляд на рабство и стал непримиримым сторонником индейцев и борцом за их права. Благодаря его настойчивости, власти матери-родины прислушались к его советам и приняли решение: издать закон, защищающий права туземцев. Это в конечном итоге привело к противоположным результатам: хозяева, имея огромное количество рабочих рук, не считали нужным принимать на работу местное население, о котором один из авторов сказал, что “слишком многие пользуются протекцией”. А стали интересоваться предложениями голландцев, португальцев, англичан, французов, которые предлагали ввоз дешевых невольников из Африки, похищенных оттуда арабами-мусульманами.

Речь идет о рассчитанной для мирового рынка торговле неграми (практически принадлежавшими мусульманам и протестантам), которые занимали небольшой участок земли, находившийся под властью Испании (Карибские острова). Достаточно выбраться в районы средней и индейской части, население которых в основном составляют индейцы, а между Чили и Аргентиной — исключительно европейцы, чтобы убедиться в том, что здесь очень редко встречаются негры, что не свойственно Штатам Америки, Бразилии или Антильским островам, принадлежащим Франции и Британии.

Следует напомнить, что хотя — по сравнению с территориями, находившимися под властью других — численность негров, была незначительной, однако иногда в Испанию ввозили африканцев, так как они не были взяты под покровительство католички Изабеллы, которая покровительствовала только индейцам. Негры могли быть рабами (с самого начала, так как позже и они были взяты под защиту закона, что не наблюдалось на территории Британии), в то время как такое действие не допускалось по отношению к индейцам (власти и дума вице-короля не прощали этого). На самом деле не был предвиден эффект коварной борьбы, начатой Лас Казасом, который даже если возвысил голос в защиту индейцев и боролся за их права, но не осудил рабство негров и ничего не предпринял для их защиты, когда они стали прибывать, захваченные на берегах Африки, ввозимые через рынки Северной Европы.

Вернемся, однако, к обращению, ставшему плодом духовных проповедей — что является одновременно свидетельством евангелической опеки, организованной клиром — в которых заклеймили произвол собственников (он являлся одним из них). И, которые повлияли на него, вследствие чего Бартоломео де Лас Казас вначале принял сан священника, а затем вступил в доминиканский орден и оставшуюся часть своей продолжительной жизни решил посвятить борьбе за права туземцев.

Прежде всего, стоит подумать, как мог ревнивый монах свободно высказываться, безнаказанно обвиняя не только частные лица, а также и чиновников. По мнению вышеупомянутого Вильямса С. Малтби, английская монархия не допустила бы даже малейшей, банальной критики, а безрассудного конкистадора заставила бы замолчать. Историк утверждает, что это было возможно, так как “в эпоху Золотого века привилегией испанцев, кроме веры, являлась свобода слова, это подтверждает изучение архивных документов, зарегистрировавших целую гамму общественных обсуждений — без последствий осуждающих власти”.

Редко принимается во внимание тот факт, что этот скандальный конкистадор, не только не был обезоружен, но и стал личным другом императора Карла V, который присвоил ему титул “официального покровителя всех индейцев”. И даже попросил представить все его проекты, которые были обсуждены и приняты, не смотря на усилия противников, и стали законом, обязательным в Испанской Америке.

Еще ни один пророк, а таким считался Лас Казас, не был настолько серьезно принят политической системой, которая хочет предстать перед нами как самая мрачная и жестокая.

Черная легенда 5

Испанская корона, исходя из донесений Лас Казаса, приняла законы, защищающие права индейцев, а впоследствии отменила закон о передаче земли во временное пользование, что нанесло огромный вред владельцам.

Жан Дюмон, оценивая эти события, пишет: “Феномен Лас Казаса является прекрасным примером, подтверждающим основной и систематический характер испанской политики, относительно протекции индейцев. С 1516 г. регентом был назначен Джеймс де Киснер, испанская власть при этом не отнеслась враждебно к обвинениям доминиканца, иногда неоправданным и в основном безрассудным. Отец Бартоломео не подвергался никакой цензуре; находился у короля и министров в большой чести, под его влиянием приказано было сформировать группы или советы, задачей которых являлся анализ критики и предложений, а также на основе его советов и рекомендаций принять основную формулировку “новых законов”. Более того, корона обязала противников Лас Казаса не высказываться по поводу его идей”. В целях укрепления авторитета своего подопечного, который опорочил чиновников и подданных, император Карл V ходатайствовал о возведении его в епископский сан. В результате обвинений, предъявленных доминиканцем и другими монахами, в университете в Саламанке основалась школа права, задачей которой являлась разработка тезиса о “естественном равенстве всех людей” и взаимной помощи между людьми.

Имелась в виду помощь, в которой индейцы особенно нуждались. Как уже упоминалось (о чем часто забывается), народы центральной Америки оказались под властью ацтекских племен, одного из народов, запятнавших себя кровью множества жертв, исповедующих жестокую религию, основывающуюся на кровавых массовых человеческих жертвоприношениях. Во время церемоний, которые устраивались в момент появления конкистадоров, ведущих войну с ацтеками, на небольших пирамидах, служивших алтарями ацтекских богов, за один только раз приносилось в жертву около 80000 молодых людей. Поэтому велись частые войны, в ходе которых часть пленных приносилась в жертву богам.

Испанцы обвиняются в катастрофическом сокращении числа аборигенов, которое на самом деле, как нам известно, было вызвано заражением вирусом. Фактически, если бы они (т.е. испанцы — А.Щ.) не прибыли, то вследствие политики властвующих ацтеков, численность населения была бы доведена до минимума. Негодование, а иногда и ярость первых католиков, вступивших на эту землю и столкнувшихся с кровопролитием в храмах и с идолопоклонством, недоступными их пониманию, можно легко понять.

В последние годы североамериканская актриса Джейн Фонда, которая со времен войны во Вьетнаме отстаивала различные ошибочные мнения, пыталась выступить как “политически активная”, стала участницей конформистского движения, жертвой которого явилось немало католиков. В то время, когда сторонники этого движения сетуют (не вполне понимая сущности ацтекских культов) над тем, что называют “уничтожением великих доколумбийских религий”, то Джейн Фонда пошла еще дальше, говоря об ацтекских угнетателях, что они “Имели религию и общественную систему гораздо лучшую, чем ту, которую навязали им насильно”.

Один из североамериканских ученых в передовом научном издании описал, напоминая актрисе (а одновременно и католикам, сожалеющим “о культурной резне”, которая довела до уничтожения религиозную систему ацтеков), как выглядел ритуал бесконечной резни на мексиканских пирамидах.

Он описывает это следующим образом: “Четверо жрецов хватали жертву и клали на камень. Главный жрец пронзал ее ножом ниже левой груди, раскрывал грудную клетку, опускал руку и вырывал еще бьющееся сердце, чтобы поместить его в чашу и пожертвовать богам. После всего этого тело сбрасывали со ступенек пирамиды. У ее подножия уже ожидали жрецы, которые надрезали кожу от шеи до стопы, таким образом, чтобы можно было снять ее полностью. Тело, лишенное кожи, отдавали одному из воинов, который увозил его домой, где делил его на части, а затем раздавал друзьям или приглашал к себе на трапезу. Выделанная кожа использовалась при изготовлении одежды для касты жрецов”.

Ежегодно десятки тысяч молодых людей приносились себя в жертву богам, так как установленное жрецами правило гласило, что жертвоприношение должно быть непрерывным. Детей сбрасывали в пропасть Pantilanu, женщинам — не девственницам — отрубали головы, а со взрослых мужчин, еще с живых, снимали кожу и добивали их стрелами. Мы могли бы продолжить перечень нежностей, которые Джейн Фонда (а также некоторые монахи и духовенство, которые сегодня так яростно осуждают “фанатичных” испанцев), обходит молчанием, заявляя, что в действительности “христианство было страшнее”.

Менее кровожадными являлись племена инков, которые распространили свою власть на огромных территориях, по всей длине черных цепей Анд. Историк напоминает: “Инки производили кровавые массовые человеческие жертвоприношения во избежание голода и эпидемии. Жертвами неоднократно являлись дети, юноши и девственницы которых вешали или им отрубали головы, а иногда вырывали сердце, как это делали ацтеки.

Режим, введенный господствующими инками для индейцев, был, между прочим, ярким началом “реального социализма” в марксистском стиле. Очевидно, что эта система, как и все другие ей подобные, так сильно действовала на угнетенных, что изможденные индейцы были вынуждены сотрудничать с горсткой испанцев, вступивших по Божьему провидению на эту территорию, чтобы положить этому конец. В XVI веке в Андах, так же как в XX веке в Восточной Европе, запрещалось иметь собственность, не существовали деньги, не велась торговля, а судьбой своих подданных распоряжалось государство. В идеологическом смысле это опережало не только марксизм, но и фашизм. Во избежание расовых искажений и в целях утверждения расового “разведения” людей, браки совершались согласно генетическим правилам, установленным государством.

К этому ужасному описанию необходимо добавить, что население доколумбийской Америки не использовало ни колес (разве только в религиозных нуждах), ни железных орудий, ни лошадей. Правда, еще до прихода испанцев на некоторых территориях водились дикие лошади, но индейцы не смогли их ни приручить, ни изготовить для них упряжь. На практике отсутствие лошадей обозначало также отсутствие мулов и ослов. Если к этому добавить, что не использовались колеса, то становится очевидным, что весь транспорт в горной местности и все, что необходимо для строительства храмов и дворцов властителей должно было лечь на плечи неисчислимого количества рабов.

Испанские юристы, опираясь на эти данные в рамках “естественного равенства всех людей”, признали закон и обязанность европейцев оказывать помощь людям, нуждающимся в ней. К ним относились доколумбийские туземцы. Не стоит забывать о том, что европейцы впервые в истории встретились с древними цивилизациями. В противовес англосаксам, которые ограничились изоляцией “чудаков” встретившихся им в Новом Мире, иберийцы приняли вызов культуры и религии вполне серьезно, что является поводом для гордости

Черная легенда 6

Не следует оставлять без внимания то, что на тему испанской колонизации и обвинений, предъявленных Лас Казасом, пишет протестант Пьер Шоню: “Не начальные перегибы должны вызывать удивление, а тот факт, что они встретились с сопротивлением различного рода — Церкви, а также и государства — вытекающего, из глубокой христианской сознательности”.

Поэтому работа Бартоломео “Кратчайшие отчеты о разрушении Индий” без подробностей была использована протестантской пропагандой, а затем иллюминатами, хотя на самом деле — пользуясь словами Шоню, — являлась наивысшим титулом для прославления Испании. Работы свидетельствуют о впечатлительности к проблемам встречи с миром совершенно неожиданным и новым, впечатлительности, которой еще так долго будет не доставать колониализму, вначале протестантскому, а затем “светскому”, вслед за которым явится нахальная, уже секуляризованная европейская буржуазия XIX в.

Мы уже убедились в том, что никто, начиная с короля и ниже не только не пытался возразить обвинениям, предъявленным Лас Казасом а, наоборот, пытались принять некоторые законы, защищающие права индейцев, а самого “обвинителя” называли их главным защитником. Двенадцать раз монах переплывал океан ради того, чтобы рассказать правительству родины-матери о доброте своих подопечных. Каждый раз был принят с почестями и выслушан, а его “тетрадь доносов” передана комиссии, которая затем была использована при редактировании законов, а также профессорам, основавшим современные законы “по правам человека”.

Мы сталкиваемся с необыкновенным фактом, которому нет равного в истории Запада, а именно: Лас Казас не только был принят всерьез, но всерьез и надолго.

Мы уже упоминали о подозрении — очень важном для изучающих психологию — что этот обращенный, находился в состоянии “галлюцинации” вызванной “мистической экзальтацией”. По мнению Вильяма С. Мальтби, “преувеличения Лас Казаса ведут в конечном итоге к его оправданию и одновременно к насмешке”. Еще раз процитируем высказывания Жана Дюмона: “Ни один уважающий себя научный работник не может принять всерьез его экстремальных обвинений”. А среди тысяч историков приведем еще одно высказывание светского ученого Целестина Капасса: “Охваченный своей теорией, доминиканец продолжает сочинять истории и показывать преувеличенное число — двадцать миллионов истребленных индейцев, а также принимать за правду слухи о случаях кормления боевых собак индейскими рабами”.

Как говорит Лучано Перена из университета в Саламанке: “Лас Казас, в трудах имеется немало искажений и преувеличений. Он не указывает ни время, ни место этих событий, о которых доносит и даже не пытается уточнить то ли это факты — если они вообще существовали, — то ли это слух. Вопреки всякой истине он дает понять, что жестокость была единственным способом поведения конкистадоров. В его представлении, характерном для пессимистической и маниакальной личности мир делился на черный и белый. С одной стороны находились жестокие соотечественники, напоминавшие безжалостных пройдох, а с другой стороны — туземцы, представленные буквально как “народ, которому чужды бунт и сумятица, которому чужды обиды, ненависть и жажда мести”. В этом смысле он находился в числе предвестников мифа о “добром дикаре”, любимом такими представителями просвещения как Руссо. Миф остается актуальным, а наивные терцемондисты гласят, что все люди будут возведены в ранг святых, кроме европейцев или североамериканцев, так как они единственные, которые рождаются с виной без прощения.

Удивляет то, что монах спекулирует на первородном грехе. Это отсутствие реальности и справедливости. В конечном итоге, у нас получается с одной стороны — беззащитные ангелы, с другой — беспощадные демоны. Среди них находился Фердинанд Кортес, отрицательно охарактеризованный Лас Казасом (возможно не вполне справедливо), который покорил великую ацтекскую империю и был очевидцем зрелища: с пирамид рекой лилась человеческая кровь в жертву богам. Предотвратить такое положение вещей исключительно при помощи доброго слова было невозможно. Кроме того, испанцы вынуждены были действовать решительно в отношении тех, кто вошел в число этих “спокойных” — по мнению Лас Казаса — народов ацтеков и даже инков, которыми занимался Франциско Писарро, включая тот случай, когда десятки тысяч людей лишались сердца.

Подобно всем утопистам Лас Казас был далек от действительности. Помимо новых привилегий, власти возложили на него наблюдение практической евангелизации на территориях, отданных под опеку, хотя она должна опираться на “диалоги” и прошение. Однако все события заканчивались тем, что миссионеры уезжали или были истерзаны “добрыми дикарями”, вооруженными отравленными стрелами. Это было печальное фиаско, как это обычно происходит, когда пытаются мечту реализовать в действительность.

Педро Боргес, один из многих биографов, профессор Complutense de Madrid пишет, что Бартоломео уходил в нереальность, “говоря о том, что можно было бы сделать, как о чем-то, что нужно было сделать”. Тот же Боргес, предостерегает нас от мысли считать Лас Казаса предвестником “теологии освобождения” в марксистском стиле. Так как каждого новообращённого интересовало лишь его вечное спасение, то маниакальное отношение к индейцам не касалось их тел, а только спасения душ. Только в том случае, когда они были восприняты, они принимали крещение, без которого они, как и испанцы могли бы попасть в ад. Таким образом, они соприкоснулись с чем-то совершенно иным, с чем сталкиваемся мы сегодня, когда горизонтальное измерение, не имеет ничего общего с мистикой Лас Казаса.

Так или иначе, как замечает Малтби, были какие-то недостатки у этого правительства, но история не знает другого народа, который подобно испанцам заботился бы о спасении душ новых подопечных. До тех пор пока Мадридский двор не оказался под влиянием масонов или “просветителей” до тех пор оказывал материальную поддержку, преодолевал трудности и соблюдал договор, заключенный с Папой Римским,, который предоставил право патроната в проведении евангелизации. Результаты говорят сами за себя: благодаря посвящению и мученичеству поколений монахов, полностью поддержанных короной, в Америке введено христианство, составляющее наибольшее число людей в Церкви, которая хотя и была ограничена в человеческих возможностях, создала на основе столкновения двух разных культур живую “смешанную веру”. Восхитительный Барокко латиноамериканского католицизма, является наиболее ярким примером того, что помимо ошибок и мерзостей религиозный и культурный симбиоз приобрел счастливое направление. В отличие оттого, что сложилось в Северной Америке, в Южной Америке христианство и доколумбийская культура положили начало совершенно новому человеку и обществу.

Помимо преувеличений и обобщений детальных фактов, помимо досужих вымыслов и обвинений Лас Казас является важным свидетелем того, что Запад не забыл о том, что говорит Евангелие. В то время на Иберийском полуострове считалось злоупотреблением использовать его пример, как оружие против папского престола, при этом, делая вид, что якобы ничего неизвестно о запрещении использования против Испании голоса испанца (к тому же члена ордена, созданного в Испании), который был поддержан властью и испанской короной.

Черная легенда 7

“Циничным оружием психологической войны” является — по мнению Пьера Шоню — польза, извлеченная протестантскими силами из книги Лас Казаса. Вожжи операции против Испании держала в руках прежде всего Англия, как из политических, так и из религиозных соображений. На этом острове после отречения от Рима, совершенного Генрихом VIII, была установлена национальная церковь до такой степени прочно и организованно, что смогла противостоять другим реформатским церквям в Европе. Борьба Англии с Испанией была определена как борьба “чистого Евангелия” с “папским суеверием”.

Значительную роль в этой “психологической войне” сыграли Нидерланды, так как были вовлечены в войну с Испанией. Именно фламандец, Теодор де Бри, являлся автором рисунков к многочисленным изданиям “Кратчайших отчетов” в протестантских странах, которые представляли испанцев как людей, одержимых разными формами садизма, измывающихся над туземцами. Так как, рисунки де Бри (созданные по собственному воображению) были практически единственными на тему захвата, то они быстро распространялись, а их репродукции были помещены в школьных учебниках и сыграли — что очевидно — огромную роль в основании черной легенды.

Ко всему тому, что было сказано, можно добавить, что почти никогда не принималось во внимание положение, сложившееся после испанского господства. Это произошло во время нападения Наполеона на Испанию. Стойкое и упорное сопротивление испанцев было первым проявлением падения французской империи, однако, помимо всего, занятая внутренними проблемами Испания вынуждена была оставить заморские территории.

Когда звезда Наполеона померкла, Испания получила независимость, но было слишком поздно для возвращения статус-кво на американских территориях. Безуспешными оказались попытки остановить революции креолов 7 и белой буржуазии, которая успела пустить корни на той земле. К ним относятся те, кто постоянно находился в напряженных отношениях с короной и властью родины-матери, обвиняемой ими в “чрезмерной протекции” но отношению к туземцам, что мешало их эксплуатации. Враждебность креолов была направлена, прежде всего, против Церкви, особенно против монашеских орденов. И не только потому, что они заботились о соблюдении законов Мадрида, взявшего под опеку индейцев, но и в связи с тем, что постоянно боролись за усовершенствование этих законов. (Первые обвинения против конкистадоров прозвучали в 1511 г. еще до Лас Казаса, в Церкви, покрытой соломой в Сан-Доминго, и были высказаны отцом Антонио де Монтесиносом). Возможно, упущено из внимания, что эти испанцы и португальцы организовали вооруженные походы с целью ликвидации миссий иезуитов, и одновременно оказывали давление на свои придворные круги и власти, чтобы “Общество Иисуса” было изгнано?

Против церкви высказывалась, в качестве союзника туземцев, креольская знать, которая привела к революции против родины-матери. Она оказалась глубоко проникнута масонским кредо, вследствие чего эти освободительные движения приобрели явно выраженный антиклерикальный характер — возможно даже антихристианский — что сохранилось и до наших дней. Например, до мученической смерти католиков в Мексике, в первой половине нашего столетия, освободители, то есть лидеры восстания против испанцев занимали должности в наивысших масонских ложах; к тому же они имели влияние франк-масонской идеологии Джузеппе Гарибальди, предназначенного на должность великого учителя всего масонства. Анализ флага и символов стран Латинской Америки позволяет нам убедиться в обилии пятиконечных звезд, треугольников и пирамид, обозначающих элементы символики “братьев”.

По мере того, как креолы освобождались от папской власти и Церкви, они стали ссылаться на всеобщие правила масонского и якобинского братства “прав человека”, чтобы избавиться от обязанности попечительства над индейцами. Почти никто не вспоминает горькой правды о том, что по прошествии первого периода иберийской колонизации, очень трудной вследствие столкновения двух разных культур, не было такого катастрофического периода для южно-американских туземцев, как тот, который начался в начале XIX в., когда власть захватила буржуазия названная в народе “просветительской”.

В противоположность тому, что хотят внушить протестантская и просвещенная черная легенда, небывалое притеснение и попытка уничтожить местные культуры начинаются с того момента, когда Церковь и корона уходят со сцены событий. С этого момента начинается систематическое уничтожение местных диалектов и замена их “кастилийского”, языком новых хозяев, провозгласивших принятие власти “от имени народа”. Однако это был так называемый “народ”, созданный из небольших групп землевладельцев европейского происхождения.

С этого момента начало развиваться то, что никогда не имело места в колониальной эпохе — предотвращение смешения рас, культур и интересов. В то время, когда Церковь одобряла и поощряла смешанные браки, либеральные власти высказывались против них, часто запрещая.

Таким образом, и здесь начали следовать евангелическим примерам англосакских колоний с Севера, где масонство не случайно явилось движущей силой в борьбе за независимость. Наконец создан северо-южный фронт, который должен был вначале победить корону, а затем Католическую Церковь. Таким образом, родилась демократия, которая сделала зависимой — и делает это по сегодняшний день — историю Юга от истории Севера. Курьезным кажется тот факт, что прогрессисты, которые видят причину испанской колонизации в католицизме одновременно подвергают критике зависимость Латинской Америки от США. Является очевидным, что они не осознают, что их двойной протест охватывает противоречия: пока это было возможным, испанские короли и папы были большими защитниками религиозной, общественной и экономической подлинности “католических” земель. Североамериканская протекция определена креолами “богатых колонизаторов”, которые хотели освободиться от испанской и религиозной власти для достижения своих экономических целей без преград”. Так высказывается Франциско Кардини об американцах с Севера, которых просили о помощи, часто скрытой, “братья” в борьбе против короны и Церкви. Достаточно вспомнить эксцессы, касающиеся гегемонии, в районе Панамы, а также войны на Кубе в XIX в., о постоянной помощи североамериканцев, оказанной мексиканским властям, удерживающим в течение десятилетий конституцию, которая, будучи антиклерикальной и антикатолической, оскорбляет и унижает достоинство мексиканского народа, а с появлением возможности измениться, США поддержали преступника такого как Венустиан Карранзи. И даже не пошевелили пальцем во время кровавых преследований католиков в двадцатые годы. Известно, что сегодня североамериканская власть поддерживает и финансирует прозорливость протестантских сект, что ведет к последствиям, в результате которых, народ отдаляется от традиций, сложившихся в течение пятисот лет, и тем самым, притесняет культуру.

Напряженная деятельность “расистов” после отделения Испании более выразительно показана в искусстве. В то время происходит взаимный обмен культурными ценностями, создаются прекрасные произведения смешанного барокко, а с приходом к власти “просвещенцев” началось обратное разделение. Необыкновенная архитектура миссии и колониальных городов была заменена имитацией европейской архитектуры новых городов буржуазии, в которых не было уже места индейцам.

1. Понятием "конкистадор" принято обозначать испанских завоевателей Америки назад

2. В оригинале употреблено слово "экстремизм". назад

3. Процесс причисления к лику блаженных в Католической Церкви. назад

4. В испанском обществе прочно сложилось мнение, что евреи, которые отреклись от своей веры, сделали это из страха или ради выгоды. После принятия христианства им принадлежали те же права, что и всем христианам, по крайней мере, теоретически. Однако те, кто тайно исповедовал иудаизм, подвергались ограничениям в законе. Евреи, принявшие христианство неискренне, не пользовались уважением в обществе, их осыпали оскорблениями, называя «marranos», что значит свиньи. назад

5. Или-или (лат.). назад

6. Томас Торквемада (1420-1498) испанский священник, доминиканец. С 1483 г. Великий инквизитор. назад

7. Креолами называли «чистокровных» потомков испанских, португальских и французских колонизаторов, родившихся в Латинской Америке и на юге США. назад

Поделиться:


Проголосуйте за или против, воспользовавшись аккаунтом одной из социальных сетей или почтовых служб.