☺ ⚲

22 августа, Пресвятая Дева Мария Царица
см. календарь

Правда о Католической Церкви

>> авторизация <<

священник Виктор Данилов.
Итоги отпадения России от Апостольской Столицы

Гродно, 2003

Оглавление

Введение
1. Христианство на Киевской Руси с 988 г. до отделения Русской Церкви от Апостольской Столицы.
2. Неудачи России от заимствования византийского общественного порядка.
3. Канун татаро-монгольского нашествия.
4. Татаро-монгольское иго.
5. Смутное время и его последствия (церковный раскол).
6. Петр I, синодальное управление православной Церковью и крепостное право.
7. Победа атеистическо-коммунистической диктатуры.
8. Агония Русской православной Церкви.
9. О единстве христианской Церкви.
10. Спорные вопросы православия к католичеству.
11Использованная литература.

По плодам их узнаете их.
Мф.7:16

Введение

Этнически я беларус, русский, украинец? — точно не знаю кто, ибо предки мои — на территории Восточной Европы (от границы с Польшей до Урала) — мешанцы всех этих народностей. Но недавно я поверил в Бога и по традиции своих предков я — православный христианин. И что я должен теперь делать? Я ежедневно молюсь молитвой "Отче наш", которой нас научил Христос. В этой молитве есть слова: "да приидет Царствие Твоё, да будет воля Твоя как на небе, так и на земле". В этой молитве я верую в пришествие и прошу пришествия Царствия Божиего на землю. Согласно же слов ап. Павла, определившего веру: "Вера же есть осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом" (Евр.11:1) я обязан не только просить наступления Царства Божиего на земле, но и осуществлять его своим участием, ибо как говорил и ап. Иаков: "вера без дел мертва" (Иак.2:20). К этому должны стремиться и все члены православной Церкви. И вот возникает вопрос: насколько возможно со стороны православной Церкви построение такого Царства Божиего на земле? И как наиболее эффективно бороться за построение такого Царствия Божия?

Я раскрыл Географический атлас мира [23], и нашел в нём данные о процентном соотношении главных религий в мире к общей численности населения в мире. Оказалось:

— Католиков — 26,5%
— Протестантов — 10,7%
— Православных — 95 млн. [22] и христиан Востока, то есть монофизитов, несториан и др. — 8%
— Мусульман-сунитов — 17,8%
— Других мусульман: шиитов, ибадитов, исмаилитов — 3,5%
— Индуистов — 18,7%
— Буддистов — 7,7%
— Другие религии — 7,1%
Итого — 100%

Конечно, в географическом атласе дана только номинальная численность приверженцев конкретной религии, а сколько их фактических, так называемых, практикующих? Под практикующими христианами понимают христиан посещающих церковь каждое воскресенье и праздник, систематически исповедующихся и причащающихся, сознательно стремящихся жить по учению своей Церкви. Точно установить процент таких христиан невозможно, т.к. документального их учета не ведется, а число их на различных территориях различно и может меняться во времени. Но живое общение духовенства с мирянами позволяет приблизительно определить процент практикующих христиан. В России представителями православного духовенства мне названа цифра практикующих: 4-8% от общего числа номинальных православных. Не знаю какой их процент находится за пределами России, но известно, что основная масса номинальных православных мира находятся именно в этой стране. Приблизительно численность номинальных православных будет около 100 млн. человек вместе с детьми, а практикующих из них — 4-8%, следовательно около 4-8 млн. человек. Население всего земного шара около 6 млрд. человек. И что же 4 млн. практикующих православных, преимущественно русских по национальности, способны установить Царство Божие на земле с населением близким к 6 млрд. человек? И я подумал, что при таком наличии сил мечта православных — утопия. Тем более, известно, что за 1000 лет существования православия (оно оформилось как отдельная конфессия в 1054 г. в Византийской империи), территориально оно осталось в границах расселения восточных славян, греков, грузин, румын, болгар, сербов, македонцев и в их диаспорах за рубежом. Мало этого, почти все православные страны были временно или на постоянно захвачены исламскими народами. А самая большая по численности православных страна — Россия около 250 лет находилась под властью татаро-монгол, бывших сначала язычниками, затем мусульманами, затем под властью царей-самодержцев, где православная религия была в роли их служанки, а затем 70 лет находилась под властью атеистической диктатуры. То есть большинство из православных народов не могли даже отстоять своей политической независимости. Как же при таком соотношении сил можно мечтать об установлении православного Царства Божиего на земле???

А вот, если бы, подумал я, все христиане объединились в одну Церковь и если бы все номинальные христиане стали практикующими, как этого хочет Христос, то каково было бы соотношение сил между христианами и остальным населением мира? Подсчитал, оказалось — 45, 2% населения мира оказалось бы практикующими христианами в единой организации с единым руководством, а остальное население мира 54, 8%, разных религий, разъединённых между собой и возможно враждебных друг к другу, с нравственностью безусловно ниже христианской, оказались бы слабее христианства и тогда была бы реальная надежда на пришествие Царства Божиего на земле.

Но что нужно для того, чтобы все номинальные христиане стали практикующими и стали единой Церковью? Ответ: главное что нужно — это воля к борьбе и победе! Второстепенное — нужно знание своей истории поражений и проведение реформы в православной Церкви.

Ниже предлагаемая брошюра пытается показать некоторые причины поражений нашего народа.

1. Христианство на Киевской Руси с 988 г. до отделения Русской Церкви от Апостольской Столицы.

В 988-990-х годах Киевская Русь приняла христианство в византийско-славянском обряде. В административном отношении она была подчинена Константинопольскому патриарху с местопребыванием последнего в столице Византийской империи — Константинополе.

В то время еще не было разделения христианства на православие и католичество и термины православная=ортодоксальная и католическая=вселенская принадлежали как восточной части христианства (будущей православной Церкви), так и западной части христианства (будущей католической Церкви). Вся христианская Церковь (за исключением отколовшихся ранее небольших религиозных течений: ариан, несторианства, монофизитов и прочих) того времени представляла собою единое целое. Отдельные ее части находились под руководством: Римского папы (латинская = западная Церковь), Александрийского, Антиохийского, Иерусалимского и Константинопольского патриархов. Каждая из названных частей Церкви в литургическом, обрядовом, административном, каноническом отношении были автокефальны (с греч.: "авто" — "сам", "кефале" — "голова", т.е. самовозглавлялись). Но в вопросах определения догматических положений в учении Церкви по вопросам веры и морали, т.е. в доктринальном отношении решающее слово принадлежало Римской Церкви, в лице ее видимого руководителя — римского папы. Русская Церковь подчинялась Константинопольскому патриарху, признававшего главенствующую роль в Церкви римского Папы.

Как же складывались отношения между русским христианством и христианами латинского обряда до Церковного раскола 1054 г.? Лучше всего эти взаимоотношения характеризуются брачными взаимоотношениями владетельных, знатных родов, принадлежавших к различным, в обрядовом отношении, христианским Церквам. Так, Киевский князь Ярослав Мудрый породнился с владетельными родами, принадлежавших к западному обряду христианства. Его дочь Анна стала женой французского короля Генриха I, его сестра Доброгнева вышла замуж за польского князя Казимира. Сын его Изяслав женился на сестре Казимира. Его дочь Елизавета вышла замуж за Гарольда — норвежского короля, Анастасия — за венгерского короля Андрея. Его двое сыновей женились на немецких княжнах [2, 3]. Эти браки свидетельствуют о хороших взаимоотношениях Киевской Руси с западными христианами. Желая поставить митрополитом Киевской Руси патриарха болгарского происхождения, находившимся под влиянием Рима, Ярослав Мудрый вступает в контакт с папой Бенедиктом VIII (1012-1014) [1]. Стремясь к независимости от Константинопольского патриарха, в 1051 г. Ярослав, на основании собрания русского епископата, ставит митрополитом Киевской Руси (то есть главой русской Церкви) своего кандидата — епископа Иллариона [1, 2].

В 1054 г. произошел Церковный раскол, при котором единая христианская Церковь раскололась на православную во главе с Константинопольским патриархом и на католическую во главе с папой. Так как митрополитом Киевской Руси, то есть главою русской Церкви, в то время был русский — Илларион, поставленный против воли Константинопольского патриарха Керуллария, то русская Церковь первоначально в расколе не участвовала и сохраняла единство с Апостольской Столицей. Римские послы, отлучившие от Церкви патриарха Керуллария, отправились в Киев, для ликвидации в Киевской Руси влияния Константинопольского патриарха Керуллария. К сожалению 1054 год — год церковного раскола был одновременно годом смерти Киевского князя Ярослава Мудрого, и наступившая после его смерти политическая раздробленность Киевской Руси (борьба за власть между сыновьями Ярослава Мудрого) делала невозможным осуществление единых действий в русском обществе — одни князья склонялись к Западу, другие к Византии [1]. После смерти Ярослава Мудрого первый из русских князей, сохранивший церковное единство с Западом был сын Ярослава, великий князь Киевский — Изяслав (†1078). Изгнанный дважды из Киева, он искал помощи у племянника своей жены — польского короля Болеслава Смелого, второй раз у германского императора Генриха IV и даже у самого папы Григория VII с помощью своего сына Ярополка, посланного с этой целью в Рим. В результате этого, Апостольская столица возвела Киевское княжество в королевство, одновременно взяв его под свою защиту и просила польского короля Болеслава Смелого оказать Изяславу помощь, что тот и сделал. Характерно, что папское послание к Изяславу выдержано в таком стиле, как будто бы Киевская Русь полностью принадлежала к странам западного христианства и ничего общего не имела с отколовшейся от церковного единства Византией. Сын Изяслава, Ярополк — князь Владимирский, также сохранял свою верность Апостольской столице. Церковное единство с Римом сохранялось и при Киевских князьях Всеволоде Ярославовиче (1078-1093) и Святополке Изяславовиче (1093-1113).

Выражением этого единства было установление русской Церковью праздника перенесения останков св. Николая из Мир Ликийских в Бари, в южной Италии, совершенного в 1087 г. папою Урбаном II. В Византии же этот праздник, вероятно по причине ее откола от церковного единства, не известен. День этот, перенесения останков св. Николая до сих пор отмечается русской Церковью 9 мая. О единстве в это время русской Церкви с Апостольской Столицей свидетельствует и тот факт, что дочь великого Киевского князя Всеволода Ярославовича (1078-1093), Евпраксия-Адельгейда в 1089 г. стала императрицей Священной Римской империи. Поссорившись со своим мужем Генрихом IV в Вероне, она бежит в Каноссу к Матильде Тосканской и ищет защиты у папы. Папа Урбан II расторг ее брак с мужем. Она была участницей соборов католической Церкви в Констанце (1094 г.) и в Льяченце (1095 г.), выступая в качестве свидетельницы по делу ее бывшего мужа императора Генриха IV. В последствии она вернулась в Киев, где в 1106 г. стала монахиней и через 3 года умерла [5].

Около 1091 г. русские источники сообщают о прибытии от папы из Рима в Киев реликвий святых, привезенных неким "Федором Греком — митрополитом". Польский историк Церкви Уминьский считает, что Федор Грек был послом русского митрополита в Апостольской Столице или послом последней в русской Церкви или даже митрополитом греко-итальянского происхождения, присланным папой для Киева по просьбе Киевского князя. Последнее он считает весьма вероятным, т.к. исторические источники не показывают ни одного Киевского митрополита, относящегося к этому времени, как будто бы его и не было [1]. В это же время с титулом митрополита выступает епископ Переславля, Ефрем, сторонник церковного единства с Западом и противник зависимости русской Церкви от византийский патриархов [1].

Откол Византийской Церкви от Апостольской Столицы вызвал также раздвоение и в русском обществе, среди князей и духовенства. Одни были за единство с Апостольской Столицей, другие с Константинопольским патриархом — против такого единства. Так, Киево-Печерский монастырь, возникший при Ярославе Мудром в 1051 г., весь XI век и первые десятилетия XII в. был настроен более за единство с Апостольской Столицей и враждебен к Византии. Католическое направление монастырю дано было его игуменом Феодосием (†1074), всегда верным великому князю Киевскому Изяславу Ярославовичу, находившемуся в единстве с папой Григорием VII, как и его приемники по отношению к Киевским князьям до 1125 г.

С этого времени Киево-Печерский монастырь постепенно переходит на сторону Византийского православия [11]. "Слово", написанное, якобы игуменом Киево-Печерского монастыря Феодосием против католической Церкви в 1062-1079 г.г., написано, как выяснил историк русской православной Церкви, Е. Голубинский, не им, а греком Феодосием ([6], том 1, ч.1 стр.135, 140, 859, 860). В Церковной иерархии русского происхождения было, по всей вероятности, много сторонников единства с Апостольской Столицей. Кроме митрополита Иллариона (1051-1055), жившего при Ярославе Мудром, к таковым относятся: митрополит Георгий (1072-1073) [4], митрополит XII в. Клим Смолятич, провозглашенный, независимо от Константинопольского патриарха, главою русской Церкви на синоде русских епископов в 1147 г., созванном противником Византии князем Изяславом II, внуком Владимира Мономаха (†1154). Однако, вскоре Изяслав II умер и митрополит Клим вынужден был оставить свою должность. Новый митрополит, поставленный Константинопольским патриархом отлучил Клима и Изяслава II от Церкви и отменил введенные Климом богослужения и посвященных им священников посчитал недействительными [1]. Возникшая в это время летопись Нестора не имеет антикатолической направленности. Переписка митрополита Иоанна (1077-1088) с духовенством латинского обряда выдержана в спокойном тоне без антиримских выпадов [4].

Одновременно со стремлением к единству Руси с Апостольской Столицей существуют стремления к отрыву от нее. Главными проводниками этой линии выступают назначенные Константинопольским патриархом Киевские митрополиты греческого происхождения. Первые из них еще считаются с настроением русских князей и духовенства, сохраняя верность церковному единству, но уже митрополит Иоанн III (1088-1089) говорит, что выдавать княжеских дочерей замуж в народы, причащающиеся пресным хлебом — дело языческое и за это угрожает церковными наказаниями. Правда, правивший в это время князь Всеволод (1078-1093), сын Ярослава Мудрого, брат Изяслава I, мало считается с запретами митрополита. Сам он был женат на христианке латинского обряда, а свою дочь Евпраксию выдал вначале за германского маркграфа, а потом за императора Священной Римской империи Генриха IV, а сына женил на англичанке. В Новгороде, а позднее в Киеве правил племянник Ярослава Мудрого — Святополк Изяславович (1093-1113), сын польки, дочери Мешко, а сын его был вначале женат на дочери св. Владислава Венгерского, а потом на дочери Владислава Германа (польского). Из дочерей же его одна вышла за Болеслава Кривоуста, другая — за венгерского королевича, а третья — за поляка Петра Власовича из Скшына.

В 1104 г. Киевским митрополитом становится грек Никифор (1104-1121), поведший против Запада яростную пропаганду. Он заявил, что православные с католиками не должны вместе ни пить, ни есть, ни даже здороваться. А если есть и пить раздельно невозможно, то только за отдельными столами и из отдельной посуды. В условиях того времени, при иерархической зависимости Русской Церкви от Византии, в ней победило Византийское влияние.

Сейчас трудно точно определить дату полного отпадения Русской Церкви от единства с Апостольской Столицей. Во всяком случае, как пишет иезуит И. Пирлинг в своей книге "Россия и папский престол" (Москва, 1912 г.), в 1130 г. св. Бернард Клервосский уже мечтал о возвращении Руси к единству с Апостольской Столицей. Следовательно, русская Церковь к этому времени уже отпала от единства с Римом [3].

Многие из православных христиан считают, что уже в 988 г. формально единая с Римом Византийская Церковь фактически идейно была отделена от Рима со времен патриарха Фотия и после смерти Фотия. Но это мнение неверно. На самом деле со времени княгини Ольги греки не только исповедывали церковное догматическое единство с Апостольской Столицей, но к такому исповеданию были обязаны угрозою отлучения от Церкви. Это доказывает формула анафемы, сложенная Константинопольским патриархом Теофилактом (933-956). "Нехай буде проклятий вид святой, одноистотной и поклонами славенай Троицы-Отца и Сына и Святого Духа кожный, хто думае и вируе не так, як свята, Божа, католицька Церква, що в Риме, Константинополе, Александрии, Антиохии, та святом месте Иерусалиме — одним словом вид краю земли до краю за правилами, символами и догматами св. вселенских соборов" (Известия отделения русского языка и словесности имп. Академии наук, 1913 г., т.18, кн. 2. с. 356: П. Петрвський, Письмо патр. Феофилакта Конст. царю болгарскому Петру, — цит. по: [7]).

Единство Церкви при патриархе Фотии доказывается также просьбой к Папе Николаю I самого Фотия. признать узурпацию им патриаршества. А в 879-880 г. единство Церкви признаётся 8-ым Вселенским собором, на котором западная Церковь в ереси не обвинялась.

2. Неудачи России от заимствования византийского общественного порядка.

Христианство Киевская Русь приняла от Византии, что придало Российскому христианству византийский характер. В самой Византии на особый характер ее христианства повлияли исторические особенности византийской жизни, унаследованные ею от языческой Древне-Римской Империи. Римский император в соответствии с римским правом был не только светским главой государства, но и верховным жрецом римской языческой религии. Мало того, прославившихся римских императоров высший орган государства — римский сенат по их смерти причислял к числу богов. Естественно, что с принятием населением римской империи христианства никто уже не считал императоров богами, но в силу пережитков языческого культа, императоры склонны были считать себя наместниками Бога в христианской Церкви и стали принимать участие в церковном законодательстве. Как в языческом Риме не было различий церкви от государства как двух отдельных организмов, так и церковные законы христианских императоров одновременно становились государственными законами. По мнению императоров христианские епископы должны были быть верными служителями государственной императорской Церкви. Это означало разрыв с древней христианской практикой по учению Христа: "Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу" (Мф.22:21). Уже первый христианский император — Константин рассматривал себя как Богом поставленного внешнего, общего епископа, поставленного Богом для попечения о Церкви Христовой, обязанного созывать соборы для устранения разногласий между христианами. Император принимал непосредственное участие в церковных соборах, издавал церковные законы, мог ставить епископов и смещать даже патриархов. Такое поведение императоров часто ради государственных интересов вступало в противоречие с церковными догматами, усиливая религиозные смуты и нарушало свободу совести не согласных с императором.

Византийские мыслители считали, что Церковь не может существовать без государственной защиты и потому невозможно христианам иметь Церковь, а царя не иметь. В Западном христианстве сложились другие исторические условия: культ императора был разрушен нашествием германских народов, разрушивших вместе с Западной Римской империей и языческие традиции императорского культа Древнего Рима. Кроме того, и это главное — верховным пастырем Западной Церкви был ап. Петр, поставленный Христом видимым главой христианства и его преемники по верховной власти над Церковью — Римские папы, что придавало церковной власти безусловный авторитет над светской властью западноевропейских народов.

Отношения между Церковью и царской властью по учению Христа представлены в Его словах: "Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу" (Мф.22:21). То есть у светской власти есть своя сфера деятельности, определяемая ее компетентностью, а у церковной власти — своя, в которой Церковь не должна зависеть от государства. Если задачей Церкви является вести людей ко спасению, а спасение человека зависит от его верований и нравственного поведения, в которых наибольшей компетенцией и безошибочностью обладает Церковь, то в этих сферах жизни она должна быть независимой от государства. А что было на самом деле? Определяющим для состояния христианской Церкви в России было принятие христианства князем Владимиром из Византии. Приняв христианство из Византии, Россия унаследовала византийские традиции отношений между Церковью и государственной властью, а именно большое влияние государственной власти на церковную жизнь, вплоть до вмешательства государственной власти в церковные дела, даже в вопросах веры и морали. Восточное славянство в основном обращалось в христианство медленно и много столетий после номинального принятия христианства сохраняло еще языческие обычаи. Кроме того, православие проповедует покорность судьбе и молчаливое страстотерпие, ориентацию на уход из мира. Ведь первые святые русской Церкви, средневековые князья Борис и Глеб были признаны святыми за то, что дали себя безропотно убить. Церковная активность первых Киевских князей способствовала ограниченности Церкви только внутренней жизнью, она не выработала своего активного отношения к общественной жизни и тем самым устранилась от нее, рабски приспособившись к политике государства, тем самым став служанкой государства, помогая ему эксплуатировать и подавлять свой народ и в конце концов превратила себя при самодержавии в придаток государственной бюрократии. В отличии от Церкви латинского обряда она не смогла создать автономной от государства сферы своей деятельности. Она не имела ничего своего и до такой степени связала себя с самодержавием, что с гибелью последнего рухнула и Церковь. Беспомощность православной Церкви в России особенно наглядна в сравнении с сопротивлением оказанным коммунистической власти католической Церковью в Восточной Европе, что вынудило власти смириться с ее существованием.

Киевская Русь, принявшая христианство от Византии, последовала за отколом византийской Церкви от Апостольской Столицы. Образовавшиеся из Киевской Руси славянские государства наследовали этот раскол. Многочисленные недостатки в истории русского народа — это следствие церковного раскола христианства на католичество и православие, произошедшее в Византии в 1054 г.

Из-за церковного раскола 1054 г. Россия:

а) наследовала от Византии в управлении государством принцип цезарепапизма со всеми его последствиями;
б) оказалась изолированной от остального христианского мира и прежде всего от Западной Европы во всех отношениях.

В результате Россия пережила в своей истории несколько тяжелых периодов. Первым таким периодом было татаро-монгольское иго. Вторым — Смутное время, с его последствиями: установлением в стране крепостного права в наиболее бесправной форме и церковного раскола на православных и староверов. Третий период наступил в Петровское время, характеризовавшийся полным подчинением Церкви светской власти, превратившей Церковь в полицейский придаток государственной машины. Четвертый период — это победа атеистическо-сионистско-коммунистической диктатуры с почти полным уничтожением православной Церкви с превращением её духовенства, особенно высшего, в агентуру спецорганов.

3. Канун татаро-монгольского нашествия.

  Духовное просвещение, учение и письменность
(Данная глава основана на материале книги митрополита Московского и Коломенского Макария "История Русской Церкви", [10])

Всего 250 лет отделяло Киевскую Русь от принятия ею христианства до установления в ней татаро-монгольского ига и около 100 лет от установления на Руси православия до татаро-монгольского ига. В это исторический период Русь представляла собой церковную митрополию, подчинявшуюся греческим православным патриархам.

Митрополиты, почти исключительно греки, избираемые и поставляемые в Греции, присылались в Россию и управляли Русскою Церковью как Греческою митрополией. Часто на патриаршую кафедру в Константинополе избирали людей и мало ученых, и малоспособных, и невысокой нравственности. А из числа 25 митрополитов, присланных к нам из Греции в первые четыре с половиною века, можем насчитать лишь пять-шесть иерархов, которые отличались просвещением и благочестием, все же прочие (кроме служения церковного и управления) ничем не заявили себя и не оставили почти никакого следа в нашей истории; один даже (Иоанн III) был, по выражению современного летописца, "не книжен, и умом прост, и просторек". Какую пользу могли принести русским митрополиты-греки своим красноречием, когда сами не знали по-русски и по-славянски? За исключением двух-трех из этих митрополитов, от которых сохранились памятники их благовестия, о всех прочих даже не замечено в летописи, говорили ли они когда-либо поучения к народу. Они не позаботились в продолжение двух с половиною веков ввести во всеобщее употребление в России славянскую Кормчую. Русские, с своей стороны, неизбежно должны были видеть в этих митрополитах пришельцев, чуждых им по языку и по всему другому, и хотя глубоко уважали их сан, но не могли питать к ним искреннего, родственного участия и сочувствия.

Совсем иное было при русских митрополитах. Из шести русских по происхождению митрополитов, бывших у нас в тот же период, все, кроме Пимена, известны и по достаточному образованию и по благочестию.

Участие князей и народа в делах церковных постоянно обнаруживалось при избрании епископов. Если в какой-либо епархии умирал епископ или оставлял кафедру, местный князь вместе с своими подданными избирал кандидата, отправлял его в Киев к князю киевскому и митрополиту и просил о рукоположении новоизбранного в епископа: такое избрание, согласное с древними обычаями Церкви, считалось законным. Если же митрополит сам, без сношения с местным князем, поставлял куда-либо епископа, избрание признавалось незаконным.

В Новгороде, где все важнейшие дела решало народное вече, избрание епископа совершалось вечем.

Принимая такое полное участие в избрании для себя архипастырей, князья, а по местам народ, иногда присваивали себе право и удалять их с кафедры прежде суда над ними церковного или даже вовсе без этого суда.

Зато, с другой стороны, и пастырям Церкви предоставляемо было у нас значительное участие в делах гражданских. Если в какой-либо области не было князя и жители решались пригласить его к себе из другой области, они обыкновенно отправляли за ним послов и нередко в числе их епископа.

К концу XI и в начале XII в., когда писал Нестор, просвещение было у нас обильнее, нежели во дни святого Владимира и Ярослава. Доказательствами этой мысли служат: 1) сочинения русских писателей, живших во 2-й половине XI и в 1-й XII в. и, вероятно, получивших образование в отечественных школах, 2) сочинения некоторых греков, занимавших тогда нашу первосвятительскую кафедру, и 3) многие произведения письменности иноземной, существовавшие тогда у нас в славянских переводах.

Наибольшая часть словесных произведений, существовавших у нас в то время и служивших богатою пищею как для умственного, так и для нравственного образования народа, были произведения иноземные, переведенные на язык славянский, или отчасти оригинальные славянские, принесенные к нам от соплеменников южных. А именно: книги Священного Писания, Ветхого и Нового Завета, жития святых, творения святых отцов и учителей Церкви и других церковных писателей. Об одних из этих произведений сохранились только краткие свидетельства; другие дошли до нас в живых памятниках письменности того времени; третьи — по крайней мере в позднейших списках.

Вообще, надобно заметить, что книжное образование и письменность были у нас до церковного раскола на католичество и православие довольно распространены, особенно в Киево-Печерской обители.

Тем не менее следует сказать, что хотя христианская литургия была нами заимствована на древнеболгарском языке, получившим впоследствии название древне церковно-славянского языка и по этой причине в основном была понятна принявшим христианство восточным славянам. Но этот язык не был языком тогдашней греко-римской культуры, художественно-культурные памятники которой были написаны в основном на греческом и латинском языках. Восточнославянская элита не была знакома с греческим и латинским языком. И эти обстоятельства мешали знакомству русского общества того времени с культурным наследством античной древности в отличие от народов Западной Европы, принявших христианство в латинском обряде, и знавших в какой-то степени простонародную (вульгарную) латынь. В эпоху средневековья, в котором латынь стала научным и богословским языком, незнание её русским обществом было одной из причин отсталости русского общества в просвещении и науке.

4. Татаро-монгольское иго.

Российские историки обычно объясняют всеобщую отсталость России татаро-монголским игом, считая его неизбежным злом для русской истории. Но внимательное изучение русской истории, позволяет нам предполагать возможность скорого освобождения от татаро-монголской зависимости, если бы не политика Александра Невского и тогдашнего митрополита Кирилла II (1249-1281) бывшего яростным противником католичества.

После поражения от татаро-монголов в 1238 г. на реке Сить, завоеватели ушли на Запад и около 13 лет не беспокоили Северную Русь. Единственным внешним признаком татаро-монгольского присутствия была обязанность местных князей время от времени отправляться в ставку Золотой Орды в Сарай для выражения преданности хану и получения подтверждения своего права на княжение.

За эти годы Русь экономически восстановилась после монгольского погрома и в ней сформировалось антимонгольское движение с участием великого князя Ярослава Всеволодовича (отца Александра Невского), Андрея и Ярослава Тверского — родных братьев Александра Невского, а также с участием князя Даниила Галицкого, представлявшего собой Юго-Западную Русь, и получившего поддержку Апостольской Столицы, призвавшей к крестовому походу против татар католические народы Западной Европы.

Папа римский писал к королю русскому (Даниилу Галицкому), и ко всем верующим в России, что так как они выразили намерение оставить заблуждения греков и покориться Апостольскому Престолу, то он назначает к ним своим легатом мужа мудрого и опытного, Прусского и Эстонского архиепископа Генриха, который принесет к ним слово жизни, и убеждал их обращаться к этому легату не только в делах веры, но и за советами и помощью против татар. Папа просил Даниила (в 1248 г.) извещать его чрез братий Тевтонского ордена, как скоро узнает о набегах татар, чтобы можно было заблаговременно принимать для отражения их надлежащие меры. Папа же Иннокентий IV издал (в 1253 г.) буллу ко всем христианам Богемии, Моравии, Сербии и Померании, чтобы они вместе с королем русским Даниилом, выступили против татар под знаменем святого Креста, и объявлял каждому участнику этого похода отпущение грехов. Даниил согласился на крестовый поход против татар, дал клятвенный обет верности Римской Церкви и в городе Дрогичине в 1255 г. был коронован королём. Но воззвание Иннокентия осталось бесплодным; крестовый поход против татар не состоялся, Даниил не получил от папы обещанной помощи и по требованию татар решился на разрыв церковной унии.

Отец Александра Невского — Ярослав в татарской столице Каракоруме от католического монаха Плано Карпини принял воссоединение с Апостольской Столицей, за что был в 1246 г. якобы отравлен татарами.

Ведя переговоры с королем Даниилом папа Иннокентий IV вступил в 1248 г. в сношения с Александром Невским, послав ему свою грамоту, в которой он писал: " мы молим и убеждаем тебя, чтобы ты признал Римскую Церковь матерью... и деятельно позаботился побудить к повиновению Апостольскому Престолу твоих подданных, да восприимешь некогда плод в вечном блаженстве. Знай, что если ты воспользуешься этими нашими благожеланиями, то мы будем считать тебя знатнейшим между прочими католическими князьями и всегда с полным усердием будем стремиться к увеличению твоей славы". Затем папа просил Александра извещать ливонских рыцарей о нашествиях татар на христианские земли, чтобы рыцари могли извещать его самого, т. е. папу, а он имел возможность заблаговременно собирать силы для сопротивления варварам.

Великокняжеский престол по смерти Ярослава Всеволодовича от татар получил его сын Андрей, женившийся на дочери князя Даниила Галицкого. Александр же Невский в 1252 г. поехал в Золотую Орду (вероятно желая отобрать власть у своего брата Андрея), откуда после его приезда, были посланы два отряда татар, один против князя Андрея, другой против князя Даниила Галицкого. Последний отразил татар, а Андрей и его брат Ярослав были разбиты татарами под Переславлем летом 1252 г. По мнению Л. Гумилёва ("Поиски", с. 381) между 1249 и 1252 годами на Северной Руси произошло вооружённое восстание, подавленное ханом при молчаливом попустительстве Александра Невского. После этого Александр Невский занял Владимирский престол в качестве старейшего над своими братьями. Андрей отказался служить татарам и бежал в Швецию. Таким образом, можно быть уверенным, что Александр Невский предпочел союз с татарами вместо борьбы вместе со своими братьями и Даниилом Галицким против татарского владычества, и тем самым предал русские интересы. А. Невский продолжал сотрудничество с татаро-монголами. В частности, он подчинил Новгород татаро-монголам (до Новгорода их конница не дошла), помог провести татаро-монголам перепись населения Руси и даже поддержал с 1257 г. мобилизацию мужского населения Руси в татаро-монголскую армию для ведения оккупантами захватнических войн. Когда же в 1262 г. по всей Северо-восточной Руси (в городах — Ростове, Владимире, Суздале, Ярославле и других) началось восстание против татаро-монголов, А. Невский в этом восстании не участвовал. Он отправился в Орду и на обратном пути в 1263 г. поступил в монахи, принял схиму и скоро умер в 43 года.

"Православная" Церковь также проводила под руководством митрополита Кирилла II соглашательскую линию с оккупантами, ибо она пользовалась покровительством со стороны Золотой Орды. Православная Церковь была освобождена от всех налогов и повинностей [8], она молилась за татарских ханов и их семьи. В то время как русский народ страдал от татарских набегов и насилии, православная Церковь умножала свои богатства. Поскольку права на церковные земли должно было подтверждаться каждым новым ханом Золотой Орды или местным князем, то это ставило Церковь в зависимость от светской власти ([9], стр. 298).

Так, благодаря русской "православной" Церкви и ее верного сына Александра Невского Северо-восточная Русь встала на путь сотрудничества с татаро-монголами. А наследники А. Невского продолжали этот курс, доведя его до прямого национального предательства, когда русские князья использовали татаро-монголов в своей междоусобной борьбе, тем самым разоряя русскую землю и подавая пример предательства своему народу.

Кроме того, они стали союзниками татаро-монголов в их походах на другие народы, в их войнах с христианскими народами: с населением Западной Руси (Великое Княжество Литовское), с эстонцами, финнами, шведами, тем самым изолировали Северо-восточную Русь от общения с Западом, его культурой, его народами.

Возможно, возразят, что А. Невский не мог поступить иначе, т.к. русские были слабее татаро-монголов. Возможно, но у них могли быть союзники: Литва, начавшая освобождение Западной Руси от татаро-монголов, Даниил Галицкий, крестоносцы, шведы. Что помешало русским князьям войти с ними в союз? Ведь союз с татаро-монголами был явно не лучшим выбором для России. Вспомните, что в ХIII веке в католической Европе уже существовали университеты, романское и готическое искусство, христианская нравственность и христианские общественные отношения. А что принесли на Русь татаро-монголы?

Подпадению под ярмо татаро-монгольского ига, непоправимому броску назад к варварству мы обязаны нашей верности церковному расколу, порождённому византийским национализмом, отделившим нас от западного христианства, готового хотя бы частично поддержать нас против татаро-монгол. Благодаря религиозному обособлению мы не только оказались под монгольским ярмом почти на четверть тысячелетия, но и отстали на целые века от духовного и материального прогресса на Западе. Хотя мы и считались христианами, но подлинной, глубокой христианской культуры в нас не образовалось. Правда, позднее благодаря усилию некоторых самодержцев мы и позаимствовали многое у западных народов, но прочных традиций, навыков их правовой, религиозной, научной культуры мы не приобрели.

Духовное просвещение и нравственность при татаро-монголах.

Духовное просвещение.

Духовное просвещение по причине истребления от монгольских погромов городов, монастырей, церквей, школ, множества книг сильно пострадало. По крайней мере, оно остановилось и не подвигалось вперед, в богослужения вкрались разные беспорядки, для исправления которых потребовалось много усилий. Церковная дисциплина и поведение духовенства упали. Нравы всего народа огрубели.

Монголы в начале своего владычества над Россиею были еще язычниками и отличались по законодательству Чингисхана веротерпимостью и уважением ко всем религиям. Поэтому они освобождали все духовенство, а также церковных людей и церковные имущества от всякого рода податей, пошлин и повинностей ханам и освобождали духовенство и церковных людей от всякой ответственности пред властями и судами гражданскими во всех делах, даже в разбое и душегубстве, и подчиняли этих людей только церковной власти и судам .

В мирное же время, как пишет автор Истории Русской Церкви, Московский и Коломенский митрополит Макарий [10], монголы не мешали русским (по крайней мере, о препятствиях не сохранилось ни одного известия) учиться грамоте и поддерживать или вновь открывать школы, и не препятствовали строить церкви и монастыри, как не вмешивались вообще во внутренние порядки нашей общественной и особенно церковной жизни. Поэтому мы не видим никакого основания утверждать, будто просвещение угасло в Русской Церкви при монголах или даже ослабело; напротив, нам кажется, что оно оставалось все на той же степени, правда очень невысокой, на какой было и до монголов, хотя, быть может, находило менее сочувствия со стороны народа, постоянно бедствовавшего под тяжелым игом.

Перечень духовной литературы в монгольский период в России очень не велик. Каких-нибудь три-четыре описания путешествий, три-четыре десятка житий, повестей и исторических сказаний, немногим больше церковных Слов, бесед, поучений, почти столько же посланий и грамот — вот все, что дошло до нас от того двухвекового периода. Небогатою представляется тогдашняя литература наша и по качеству и по достоинству литературных произведений. Одни писатели были люди малограмотные, с самыми ограниченными понятиями и сведениями и без всякого навыка излагать свои мысли правильно и в порядке. В других если заметны значительная начитанность и довольно обширные и разнообразные познания, но познания большею частию поверхностные, сбивчивые, плохо усвоенные и не проникнутые самомыслием, какие обыкновенно бывают у людей, не приготовленных научным образованием к пониманию и усвоению прочитанного. Как мало отчетливы и бессвязны были эти познания у них в голове, так же неясно и непоследовательно выражались на хартии или бумаге. Нет сомнения, что наша тогдашняя литература, как мы не раз замечали, отзывалась на потребности времени и в проповедях, и в посланиях, и в исторических статьях, и в описаниях путешествий. Но не можем сказать, чтобы она удовлетворяла современным духовным потребностям русского народа: отечественные сочинения были для этого слишком малочисленны и мало распространены, отчего преимущественно и дошли до нас в таком ограниченном числе.

Была у нас тогда и иноземная, переводная литература, пользовавшаяся гораздо большим уважением и сочувствием наших предков, она более удовлетворяла их духовным потребностям и далеко превосходила нашу русскую и количеством, и часто качеством своих произведений.

Вообще же справедливо сказать, что наша духовная литература и, наше духовное просвещение в монгольский период было не ниже, чем в домонгольский, но и не богаче и не выше его. В два новые столетия ни наше просвещение, ни наша литература нисколько не подвинулись вперед, а все оставались на прежней точке или, вернее, все вращались в одном и том же, словно заколдованном, круге. Как прежде значительную часть наших духовных писателей составляли наши митрополиты-греки, приходившие к нам с готовым образованием из отечества, так и теперь лучшие или образованнейшие из наших писателей, которых сочинения представляют собою едва ли не половину всего нашего литературного наследия от того времени, именно митрополиты: Киприан, Фотий, Григорий Цамблак пришли к нам с Востока и, следовательно, не у нас получили образование. Собственно русские писатели, и прежде и теперь, воспитывали себя исключительно по сочинениям древних учителей Церкви в славянском переводе, видели в них для себя единственные образцы, которым старались подражать, любили часто повторять их мысли, приводить их изречения, как бы говорить их словами. Если переводная литература является у нас в настоящий период более обширною и богатою, то еще спрашивается: на нашей ли почве возникла эта литература, не пересажена ли она к нам также с Востока? По крайней мере, кроме нескольких переводов митрополита Киприана, мы с трудом можем указать на одну-две книги, переведенные тогда в России, между тем как достоверно знаем, что в Сербии, Константинополе и особенно на Афоне продолжали переводить книги на славянский язык и что русские старались списывать или покупать эти книги и приносили в свое отечество. Предки наши, очевидно, по-прежнему оставались учениками греков и южных славян и находились под их исключительным влиянием.

Надобно присовокупить, что и то слабое образование, какое мы замечаем тогда в России, ограничивалось самым небольшим кругом даже в духовенстве. Каковы были вообще наши архипастыри, за исключением известных, крайне немногих? "Епископы русские — люди не книжные", — уверял папу Евгения на Флорентийском Соборе митрополит Исидор. И если бы мы и не поверили ему, то сборник поучений, переведенный на русский язык (1343 или 1407 г.) в руководство именно архиереям, чтобы они могли по нему каждое воскресенье и каждый праздник проповедовать во храмах, удостоверил бы нас, что тогдашние владыки наши не все в состоянии были сами от себя поучать народ истинам веры. Каково было наше низшее духовенство, особенно сельское? Об этом случайно засвидетельствовал другой наш митрополит — Киприан, когда, перечисляя книги ложные, упомянул о толстых сельских сборниках, которые "невежи попы и дьяконы" наполняли разными баснями и суеверными сказаниями. Излишне и спрашивать, проникали ли тогда грамотность и какое-либо книжное образование в массы нашего народа. Что сталось бы с просвещением в России, если бы она с лишком на два века не подпала владычеству монголов? Разумеется, этого определить никто не может. Но, судя по тому, насколько далеко в просвещении за 250 лет, монгольского ига в России, шагнула католическая Европа (к 1480 г.), можно было бы предположить, что Московская Русь была бы великой культурной державой.

Но, с другой стороны, факты говорят о противоположном. Даже если бы монголы и не приходили к нам, то вряд ли мы далеко бы ушли в своём культурном развитии от домонгольского периода. Живым доказательством этого являются новгородцы, которые почти не несли ига монгольского, однако ж нимало не опередили прочих русских в просвещении. Повторяем: монголы отнюдь не препятствовали нашему духовенству, особенно в монастырях, заниматься науками, если бы сами русские того хотели. Но, видимо, русские еще не чувствовали потребности в высшем образовании. Они спокойно продолжали идти тем же путем, каким шли их предки, довольствовались теми же первоначальными школами, какие существовали и прежде, и не простирали в этом отношении своих желаний далее, как только чтобы уметь свободно читать и понимать Божественные и святоотеческие книги на пользу собственных душ и для назидания ближних.

Но если не монголы, то кто виноват в нашей всеобщей культурной отсталости от католической Европы? Вероятно ответить на этот вопрос можно только изучив и сравнив мотивы, побудительные причины духовной и материальной жизни католических народов и русского народа.

Состояние веры и нравственности.

Сказать, чтобы в тот период изменился к лучшему самый характер русского народа, чтобы русские более прониклись духом Евангелия, более утвердились и возвысились в началах христианского благочестия, отнюдь не позволяет история. Много светлого и доблестного представляет она тогда у нас, но почти ничего такого, чего бы не представляла и прежде. Зато, с другой стороны, представляет много и мрачного, даже более мрачного, нежели сколько мы видели у себя в предшествовавшее время.

Вообще, пишет в своей "Истории Русской Церкви" митрополит Московский и Коломенский митрополит Макарий [10], должно сказать, что грубость нравов, жесткость сердца, отсутствие христианской любви к ближним и бесчеловечие составляли самый главный нравственный недостаток того времени. Всего чаще и более этот недостаток обнаруживался при взаимных распрях и междоусобиях наших князей. Движимые своекорыстием, властолюбием, мстительностью и другими недостойными чувствами, они не щадили ни друг друга, ни своих подданных. Умерщвляли своих сотоварищей, когда могли, заключали их в оковы и темницы или даже выкалывали им глаза, как поступил великий князь московский Василий Васильевич с галицким князем Василием Юрьевичем Косым и брат этого последнего Димитрий Шемяка с самим Василием Васильевичем. А вступая с ратию во владения своего соперника, князья обыкновенно разоряли все, что ни встречалось, грабили и жгли села и города, умерщвляли мирных жителей без различия пола и возраста и частию забирали их в плен. Были и такие князья, которые спешили в Орду и там клеветою, подкупом, угодничеством пред ханом достигали погибели и убиения своих совместников, а иногда, выпросив у хана татарское войско, вторгались с этими дикарями в пределы своего отечества и неистово опустошали целые его области. Другим свидетельством того же самого недостатка служат господствовавшие тогда у нас разбои. В княжестве Московском с успехом против них действовал Иоанн Данилович Калита, в Тверском — князь Михаил Александрович Тверской; но ничто не могло искоренить их в Новгороде. Там составлялись целые полки охотников и удальцов и отправлялись сухим путем и на судах по Двине и Волге в отдаленные места и везде грабили и жгли деревни и города, умерщвляли жителей и с добычею возвращались домой, а иногда и сами погибали в отважных своих походах. Не менее жестокости и бесчеловечия показывали русские и во время своих внутренних смут, происходивших в том или другом городе.

Впрочем, не будем думать, будто эта жестокость и грубость нравов явились у нас собственно при монголах. Нет, и в прежние времена мы видели у себя примеры отнюдь не меньшего варварства, кровожадности, бесчеловечия и в князьях, и в самом народе. Теперь только, может быть, представлялось более случаев к проявлению этих дурных качеств или некоторые случаи были более резки. А что не от ига монгольского зависели эта жестокость и грубость, — свидетельствуют собою новгородцы. Они почти вовсе не находились под влиянием монгольского владычества и по-прежнему пользовались гражданскою свободою и вольностью, и они-то более всех русских отличались буйством, свирепостью и бесчеловечием.

Нет, не от ига монгольского, а от недостатка просвещения, от крайнего невежества и более всего от того, что учение о христианской любви неглубоко еще проникало в сердца сынов России и не сделалось в них главным началом деятельности, — вот от чего зависели их грубость и жестокость как при монголах, так и прежде монголов и долгое время после.

Давняя, укоренившаяся в русском народе страсть к вину и пьянству господствовала и теперь со всею своею силою, и господствовала не только между мирянами, но и в самом духовенстве, как можно видеть из строгих правил и горьких обличений и убеждений Собора Владимирского, митрополитов Петра, Алексия, Фотия и других проповедников, не упоминаем уже о свидетельствах летописей. В писаниях тех же наших архипастырей находим обличения и против других современных им пороков и недостатков, как-то: против татьбы, лихоимства, грабительства, прелюбодеяния, сквернословия, лжесвидетельства и особенно нарушения клятвы и присяги. До какой степени простирался этот последний порок и как часто повторялся, свидетельствуют кровавые сказания летописей о взаимных отношениях и междоусобиях тогдашних наших князей.

5. Смутное время и его последствия (церковный раскол).

"Смутное время" (1584-1613), начавшееся с прекращения династии Рюрика и кончившееся установлением новой династии Романовых, нанесло большой урон Русскому государству. Оно состояло из трёх периодов:

А. Борьба бояр за власть и престол.
Б. Борьба низших классов (крестьянства и казачества) против высших (землевладельцев).
В. Борьба русского народа с иноземными врагами и своими "ворами".

Итогом "Смутного времени" было:

— Полное поражение боярства: некоторые их семьи исчезли, другие обеднели, третьи надолго потеряли своё влияние.
— Поражение казачества и ещё большее закрепощение крестьянства: замена поземельной подати подворной податью. Поземельная подать состояла в уплате подати с распаханной земли, подворная подать — в уплате подати каждым конкретным двором независимо от размера распаханной земли.
— Присоединение Смоленска к Польше, а Новгорода и всего побережья Финского залива — к Швеции.
— Разорение русских земель, охваченных событиями "Смутного времени".
— Смена царствующей династии Рюрика династией Романовых.
— Многочисленные человеческие жертвы.

Смутному времени предшествовал общий хозяйственный, нравственный, общественный и культурный кризис Московского государства. Церковные власти, следуя византийской традиции были подчинены великокняжеской власти. Великий князь Дмитрий Донской многократно вмешивался в назначение митрополитов на Московское государство. В 1521 г. царь Василий III сместил не угодившего ему митрополита, присваивал деньги Церкви. При Иване Грозном (1533-1584) раболепство православной Церкви перед царем дошло до поддержки Церковью указов царя по ограничению церковного землевладения (в 1551 г. церковный собор одобрил указы царя, запрещавшие монастырям без царского разрешения приобретать земли, а собор 1584 г. это подтвердил) и до убийства в 1570 г. царскими слугами Московского митрополита Филиппа — главы Российской православной Церкви.

Православная Церковь в России пользовалась древне церковно-славянским языком. Ни в монастырях, ни в подготовке белого духовенства не учили ни греческому, ни латинскому языку. В монастырях, не считая ведения летописей и писания жития святых, почти не создавалось ни богословской, ни тем более научной литературы. Духовенство было невероятно невежественно. Навещавшие Московскую Русь многочисленные иностранцы — все утверждают о крайнем религиозном невежестве простых мирян. Они не знали ни евангельской истории, ни символа веры, ни главных молитв, даже "Отче наш" и "Богородице Дево", объясняя свое невежество сложностью религии, пригодной лишь господам и духовенству, не занятых так работаю как они.

Для сокращения церковной службы было введено многогласие, при котором духовенство одновременно пело и читало различные части литургии, создавая тем самым в богослужении хаос. Реакцией на церковный беспорядок было появление на Руси в ХIV-XV веках ересей стригольников и жидовствующих. В самой русской православной Церкви в XVI в. наметился раскол на движение "нестяжателей" — "заволжских старцев", возглавляемых Нилом Сорским, выступавших за духовное обновление Церкви и отказывавшихся от церковного землевладения и "стяжателей" — консерваторов, возглавляемых Иосифом Волоцким, выступавших за сохранение церковного землевладения. Победила партия консерваторов.

Стремясь расположить царя к силовой поддержке православной Церкви консервативное духовенство официально признало главу государства светским владыкой Церкви и обязало духовенство ему подчиняться. Борьба "стяжателей" и "нестяжателей" привела к обожествлению царской власти: царь подобен Богу, Церковь подвластна царю во всем, кроме догматических вопросов. В XVI веке цари установили обычай своей властью назначать епископов и митрополитов, определять участников соборов, вмешиваться в церковное судопроизводство.

Каковы главные и ближайшие причины возникновения "Смутного времени"?

Их было две:

1. Тяжелое экономическое положение страны:

А. Вызванное тираническим правлением Ивана Грозного, с его расходами на войны;
Б. Всё большим закрепощением крестьянства, выразившимся:

— в подтверждении при царе Иване IV царским судебником 1550 года прежнего запрета перехода крестьян на другое место жительства и работы в другие сроки, кроме "Юрьего дня" — 26 ноября;
— а также в издании при царе Иване Фёдоровиче указа 1597 г. о праве помещиков в течении 5 лет насильно возвращать себе ушедших от них крестьян.
В. Страшным трёхлетним голодом от неурожаев, начиная с 1601 г. Люди умирали на улицах и дорогах и ели друг друга.

2. Большой нравственный упадок и невежество в русском народе того времени.

Об этом очень подробно написано в "Истории Русской Церкви" Московского митрополита Макария [10]. И дальнейшее наше изложение будет по преимуществу, основано на этом источнике.

Посещавшие тогда Россию иностранцы свидетельствуют, что не только между мирянами, но и в духовенстве господствовало у нас крайнее невежество, что между русскими не было ни одного, который знал бы латинский и греческий языки и был знаком с какими-либо науками; что не только священники, но сами епископы не знали ничего, даже Священного Писания, а ограничивались уменьем читать и петь при богослужении и что они не имели обыкновения, ни способности говорить в церквах собственные проповеди и поучения народу, а только читали готовые поучения древних учителей и жития святых.

Сообщая нам сведения о привязанности наших предков к обрядовой стороне их веры, иностранцы говорят часто с пренебрежением, с насмешкою, даже с прямым осуждением. Да иначе и не могло быть: они были иноверцы, и преимущественно протестанты, и, естественно, смотрели на всю нашу обрядность со своей точки зрения. Но нельзя не согласиться с ними, что приверженность русских к обрядности доходила до крайности, что они приписывали обрядам слишком большую важность и что в обрядах как бы полагали самую сущность своей веры. К сожалению, изучая историю настоящего периода, мы не раз встречались с разительными фактами, подтверждающими это.

Большинство русских смотрели тогда на нравственность односторонне и как веру свою полагали почти исключительно в обрядах, так и благочестие — в исполнении обрядов. Усердно соблюдали посты, праздники и другие постановления Церкви, много молились в домах своих и в храмах Божиих, служили акафисты, молебны, участвовали в крестных ходах, ходили по богомольям, подавали милостыню, жертвовали на церкви и монастыри, старались располагать жизнь свою по церковному уставу и думали, что уже исполнили свой христианский долг, угодили Богу. А о внутреннем благочестии, обуздании страстей, обновлении сердца, усвоении духа христианской любви вовсе не заботились. Это было благочестие по преимуществу внешнее, обрядовое, фарисейское. Оно было распространено и глубоко чтилось во всех слоях нашего общества, между тем как там же господствовали самые тяжкие пороки и почти совершенная безнравственность.

Образец такого благочестия и вместе порочности представлял собою царь Иван Грозный. Он был величайшим ревнителем церковных уставов, каждый день посещал все церковные службы и окроплялся святою водою, каждое дело начинал крестным знамением, а в слободе Александровской вместе с своими опричниками старался выполнять даже монашеский устав: носил иноческую одежду, выстаивал продолжительные богослужения, сам звонил и читал жития святых за братскою трапезою и молился так часто и так усердно, что на лбу его от земных поклонов были шишки. Но в душе, казалось, у него не было ничего не только христианского, даже человеческого, ни искры христианской любви, чистоты, справедливости. Как лютый зверь, жаждал он крови человеческой, услаждался пытками и страданиями своих несчастных жертв, измучил и истерзал тысячи невинных; вместе с тем предавался самому грубому невоздержанию, самому безобразному распутству, семь раз был женат; пожираемый ненасытным сребролюбием, грабил всех и все, и церкви, и монастыри. Многочисленные опричники царя выбивались из сил, чтобы подражать ему во всем, и действительно были его достойными последователями и по бесчеловечию, и по распутству, и по грабительству, оставаясь совершенно безнаказанными. Надобно, однако ж, сознаться, что не только при царе Иване Грозном, но и при его отце и деде, тот же дух жестокосердия и бесчеловечия, своекорыстия и всякого рода насилий был господствующим духом и во всем нашем высшем классе: этому немало благоприятствовали как пример самих великих князей, так и устройство тогдашней администрации и суда. Князья, бояре и другие лица, которых посылал великий князь своими наместниками в разные города и области, получали их не только для управления, но и для собственного "кормления". Потому не столько заботились о том, чтобы творить суд и правду людям, сколько о том, чтобы от них нажиться, и не было пощады ни горожанам, ни поселянам. Дьяки, тиуны и многие другие мелкие чины, окружавшие наместников и бывшие исполнителями их распоряжений, в свою очередь, преследовали преимущественно ту же цель собственного кормления; каждый заботился, как бы побольше себе приобресть, и горе было поселянам, когда в их села и деревни наезжали с своими требованиями эти представители власти! Суд был грозен и страшен: при производстве его допущены были законом правёж (наказание батогами=палками за неуплату долгов) и пытки, а по окончании — разные виды смертной казни, особенно для поселян. И эта грозность суда еще более способствовала взяточничеству, которое и без того не знало меры. Князья и бояре, владевшие вотчинами от своих предков, дети боярские и служилые люди, получавшие поместья от государя себе в кормление, также большею частию угнетали бедный народ — своих крестьян и позволяли себе всякие насилия и грабежи. Как ни страшно казнил иногда государь своих наместников и других чиновников за взятки, притеснения народа, грабительство, но эти казни мало производили влияния на людей, которые, хотя называли себя православными христианами и свято выполняли уставы Церкви, были, однако ж, чужды духа Христова и не знали в сердце, что такое правда и братская христианская любовь ко всем людям, без всякого различия.

И между иерархами бывали лица, далеко не соответствовавшие своему высокому призванию, вроде, например, митрополита Зосимы, открытого еретика и предававшегося чревоугодию и пьянству, или вроде того епископа, которого обличал своими посланиями митрополит Даниил за его сребролюбие, невоздержание и нерадение к пастырскому долгу, или вроде тех архиереев, которые, по словам князя-старца Вассиана и князя Курбского, любили окружать себя множеством прислуги, отличались бесчисленными одеждами и пиршествами и угнетали своих крестьян. Главный же недостаток у наших владык был тот, что они, как прямо сказал им в глаза ростовский поп Скрипица, назирали за священниками "по царскому чину", чрез бояр, дворецких, недельщиков, тиунов, доводчиков, которые иногда до того притесняли духовенство своим неправым судом, своим вымогательством, взяточничеством, грабительством, что "от их великих продаж", как сознались на Стоглавом Соборе вместе с царем сами архиереи, многие церкви стояли пусты и без попов (Стоглав. Гл. 5, вопрос 7; гл. 68, 69). Условия быта нашего белого духовенства (о нравственном состоянии нашего монашества сказано нами в другом месте) были таковы, что нечего удивляться, если о нем сохранились одни лишь недобрые отзывы. Все наши пастыри, не только сельские, но и городские, были едва грамотные, малообразованные или вовсе необразованные и круглые невежды; они не понимали как следует ни той веры, которой должны были учить народ, ни священнодействий, которые должны были совершать, ни уставов и узаконений Церкви, ни самой важности своего пастырского служения. А с другой стороны, это были люди большею частию бедные, удрученные нуждою, всегда зависимые от своих прихожан, люди тяглые на своих архиереев, находившиеся под гнетом архиерейских чиновников. Чего же можно было ожидать от таких пастырей? И вот мы видим между ними целый ряд преступлений против обязанностей пастырских. Некоторые до того были ленивы и небрежны, что совершали Божественную литургию только через пять-шесть недель, даже через полгода (Стоглав. Гл. 41, вопрос 31) или, получая из казны исправно свою годовую ругу, также деньги молебные, панихидные, праздничные, пшеницу на просфоры, воск на свечи, отправляли литургию только однажды в год на свой храмовый праздник, а ни молебнов, ни панихид и никаких других церковных служб никогда не служили (гл. 5, вопрос 30). Другие если и не ленились совершать богослужения, то совершали их не сполна и не по уставу (гл. 5, вопрос 1), иное опускали (гл. 41, вопросы 9, 10, 12), иное извращали (гл. 9), пели в церквах бесчинно вдвое и втрое (гл. 5, вопрос 22), позволяли вносить в святой алтарь вместе с ладаном, свечами, просфорами "кутью и канун за здравие и за упокой, и на Велик день пасху, сыр, яйца и во иные дни калачи, пироги, блины, караваи и всякие овощи" и пр. (гл. 5, вопрос 35). Еще некоторые по невежеству, а может быть и по корысти, разрешали и благословляли, например в Белозерске и Устюжне, четвертые и пятые браки, а на Вятке венчали даже до шести, седьми и десяти раз, также в роду, в племени, в сватовстве и кумовстве; дозволяли мужьям без вины отпускать своих жен и жениться вновь, а отпущенных жен венчали с другими мужьями. Еще важнее и непригляднее были нравственные преступления духовенства и пороки. Главнейшим из них следует назвать пьянство и "упивание безмерное", которому предавались как причетники, так диаконы и священники. В пьяном виде они являлись повсюду: на приходе и даже в церкви. Здесь они бесчинствовали, говорили всякие неподобные речи, бранились, бились и дрались между собою (гл. 5, вопросы 15, 22). К этому пороку, бывшему источником и многих других, вдовые священники и диаконы присоединяли еще распутство. Многие из них открыто держали у себя наложниц и вообще вели такую бесчинную и зазорную жизнь на соблазн миру (гл. 5, вопрос 18), что в Пскове, например, сами священники сочли нужным удалить их от совершения церковных служб, не говорим уже об известных распоряжениях Соборов. Каково было высшее сословие в государстве, таковы и прочие; каковы духовные пастыри, такова и паства. Отсутствие христианской любви, жестокость, насилия и грабительства, замеченные нами в высшем классе, резко отражались и проявлялись и во всем русском народе, среди горожан и поселян. "Видя грубые и жестокие поступки с ними, — пишет один свидетель-очевидец, — всех главных должностных лиц и других начальников, они так же бесчеловечно поступают друг с другом, особенно с своими подчиненными и низшими; самый убогий крестьянин, унижающийся и ползающий перед дворянином, делается несносным тираном, как скоро получает над кем-либо власть. От этого бывает здесь множество грабежей и убийств, жизнь человека считается нипочем. Часто грабят в самых городах на улицах, когда кто запоздает вечером, но на крик ни один человек не выйдет из дому подать помощь, хотя бы и слышал вопли. Я не хочу говорить о страшных убийствах, какие здесь случаются: едва ли кто поверит, чтобы подобные злодейства могли происходить между людьми, особенно такими, которые называют себя христианами". А в глуши, вдали от городов, свидетельствует Стоглав, "по дальним странам ходили скоморохи большими ватагами, до шестидесяти, семидесяти и до ста человек, и по деревням у крестьян ели и пили насильно, и из клетей животы грабили, и по дорогам разбивали" (гл. 41, вопрос 19). Чувственные пороки — блуд, прелюбодейство, даже содомский грех весьма распространены были в народе, да и во всех сословиях. Сам царь и отцы Стоглавого Собора открыто исповедали, что эти-то "скверные, зазорные и скаредные" дела, особенно содомство, кроме того что служили "на смятение, и на соблазн, и на погибель многим людям", наиболее привлекали гнев Божий и казни на отечество и давали повод иноверцам изрекать "поношение и укоризну нашей православной вере христианской" (Стоглав. Гл. 5, вопрос 29 и гл. 33). Чувства целомудренности и стыда до того были заглушены, что, например, в Пскове мылись в банях мужи и жены, чернецы и черницы в одном месте, без всякого зазору (гл. 41, вопрос 18). В частности, против содомского греха еще прежде вооружался старец псковского Елеазарова монастыря Филофей, который умолял великого князя Василия Ивановича искоренить в православном царстве Русском этот грех, умножившийся не только в простом народе, но и в прочих классах 7. 401). Через год после Стоглавого Собора митрополит Макарий в своем послании к воинам и жителям города Свияжска также укорял их за содомский грех и другие блудные дела и угрожал нечестивцам гневом Божиим, попалившим Содом и Гоморру, и затем гневом царским и отлучением от Церкви (там же. 414). "Что касается до верности слову, — замечает Флетчер, — то русские большею частию считают его нипочем, как скоро могут что-нибудь выиграть обманом и нарушить данное обещание. Поистине можно сказать (как вполне известно тем, которые имели с ними более дела по торговле), что от большого до малого, за исключением весьма немногих, всякий русский не верит ничему, что говорит другой, но зато и сам не скажет ничего такого, на что бы можно было положиться". Некоторые народные обычаи, частию остатки еще языческой старины, хотя и потерявшие свой прежний смысл и приуроченные к христианским дням и праздникам, а частию сложившиеся вновь под влиянием грубого невежества толпы, были или только непристойны для христиан, суеверны и бесчинны, или вместе и безнравственны. Вот как изображает эти обычаи Стоглав: "На мирских свадьбах играют органники, гусельники и смехотворцы, и поют бесовские песни, и, как поедут в церковь венчаться, священник едет с крестом, а пред ним со всеми теми бесовскими играми рыщут" (гл. 41, вопрос 16). "В Великий Четверток рано утром палят солому и кличут мертвых" (вопрос 26). "В Троицкую субботу по селам и по погостам сходятся мужи и жены на жальниках (кладбищах) и плачут на гробах с громким воплем, а когда начнут играть скоморохи, гудники и перегудники, то, перестав плакать, начинают скакать, и плясать, и бить в ладони, и петь сатанинские песни на тех же кладбищах" (вопрос 23). "В ночь под праздник Рождества святого Иоанна Предтечи и на самый праздник во весь день и ночь, равно и в навечерия Рождества Христова и Богоявления, в городах и селах мужи и жены, отроки и девицы собираются вместе и со всякими скоморошествами, с гуслями и сатанинскими песнями, с плясками и скаканием ходят по улицам и по водам, предаются различным играм и пьянству, и бывает отрокам осквернение и девам растление, а под конец ночи спешат к реке с великим криком, как бесноватые, и умываются водою, и, когда начнут звонить к заутрени, отходят в домы свои и падают, как мертвые, от великого клокотания" (вопрос 24 и гл. 92). "В Пасхальную неделю совершают радуницы (происходили на могилах и соединялись сначала с плачем по умершим, а потом с пиршеством при бубнах, песнях, плясках) и всякое на них беснование" (гл. 41, вопрос 25). "В первый понедельник Петрова поста ходят по селам, по погостам, по рекам и по рощам на игрища и творят бесовские потехи" (вопрос 27 и гл. 92).

Вторая половина XVII века — это не только годы все более тесного взаимодействия Церкви и государства, но и время определенного изменения тенденций в государственной политике в отношении Церкви. Государственная власть старается поставить церковные дела под свой надзор, ограничивает область церковного суда. Согласно XIII главе Соборного уложения в 1649 году учреждается Монастырский приказ — чисто государственное учреждение, которое должно было ведать взаимными исками духовных и светских лиц, тяжбными делами (т. е. спорными по поводу гражданского права) для монастырей, монастырских людей и приходских причтов. Духовенство теперь подлегало не церковному, как раньше, а государственному суду.

Хотя в 1675 году этот приказ был упразднен, вмешательство государства в церковную жизнь все усиливалось. Имущественные привилегии церковных учреждений и духовенства постепенно ограничивались или вообще отменялись. Постепенно распространялись на церковные владения и государственные повинности.

Новые тенденции в церковной политике государства при царе Алексее Михайловиче проявились в решении вопроса о церковных владениях-вотчинах, который был специально рассмотрен в XVII главе Уложения (ст. 42). Эта статья гласила, что государь по совету с Священным Собором и поговорив с думными и выборными служилыми людьми, "собором уложили" воспретить всякое отчуждение вотчин в пользу Церкви. Запрещались: покупка, заклад, дарение, завещание. Нельзя было принимать вотчины на "вечный помин" и при постриге в монахи. За нарушение запрета имущество отбиралось "для государя безденежно".

Наиболее серьезные последствия для взаимоотношений Церкви и государства имели, однако, деяния Поместного Собора 1666-1667 гг. и канонические тексты и комментарии к ним, присланные в Москву восточными патриархами для обоснования правомерности низложения патриарха Никона". Эти документы известны под названиями Ответы патриархов и Правила касательно власти царской и власти церковной. Ими определялась юрисдикция царя в отношении с Церковью и устанавливались пределы царской власти в отношении патриарха и епископата. Небезынтересно отметить, что эти Ответы, вместо того чтобы указывать, что может делать патриарх, о сфере духовных дел ничего не говорят, а говорят только о сфере гражданской и так формулируют права царя, что создается впечатление его неограниченной компетенции. "Патриарху же быть послушным царю, яко поставленному на высочайшем достоинстве и отмстителю Божию". Правила позволяли царю в случае конфликта с патриархом просто смещать последнего... Правда, патриархи устанавливали пределы царской власти, указывая, что цари должны поступать в соответствии с заветами (канонами) Церкви. В целом же Правила устанавливали — "никто же не имеет толику свободы да возможет противиться царскому велению — закон бо есть". Таким образом, утверждалось превосходство государственной власти над властью церковной, основанное на принципе "божественного права государя".

В сфере догматов Церковь оставалась независимой. В результате монарх уже не связан обязательными канонами Церкви, как этого требует идея "симфонии". П. В. Верховской, анализируя указанный труд Феофана Прокоповича, выделял в нем три основных тезиса:

"1. Государство обладает верховенством, а потому всякая иная власть (включая церковную) верховенством не обладает и юридически подчиняется государственной власти.

2. Верховная государственная власть повинуется только Богу и никаким человеческим нормам, в том числе и церковным канонам.

3. Судьей того, соответствует ли ее решение воли Божией или нет, является сама верховная власть".

Отношения наши к Римской Церкви сохраняли свой прежний характер. На латинян у нас смотрели как на отступников от истинной веры, раскольников и еретиков не только простой народ, но и люди ученые. Кроме появившиеся у нас в прежние времена, сочинений против латинян появлялись у нас и новые в переводах с греческого и некоторые другие сочинения такого же рода. Все обряды Римской Церкви порицали и осмеивали. Исповедников римской веры, приходивших к нам, — художников, ремесленников и других охотно принимали на жительство и предоставляли им держаться своей веры без всякого стеснения, но не дозволяли им иметь свои храмы и входить в русские храмы. Наши архиереи пред рукоположением своим давали обет, что они не позволят никогда в своих епархиях никому из православных ни брачного сочетания, ни кумовства, ни братства как с армянами, так и с латинами (А. 9. 1. С. 471). Эта отчужденность от латинян, переданная нам греками и воспитанная историческими обстоятельствами, простиралась до того, что самое имя католика было ненавистно русским, а в летописях наших и других сочинениях встречаются даже выражения "поганая латына", "безбожная латына", "проклятая латына" и подобные. При таком отношении русских к римскому католичеству легко понять, чем должны были оканчиваться все попытки пап привлечь русских к своему исповеданию.

Как следствие большого невежества и нравственного упадка смутного и после смутного времени был большой церковный раскол православной Церкви на старообрядцев и никониан. Он наметился в 1660 г. Причиной его было обнаружение расхождений в религиозной практике русской и греческой Церквей и в их богослужебных книгах. Консервативная и националистически настроенная часть русского духовенства считала практику русской религиозной жизни более правильной, чем практику греческой Церкви. Однако патриарх Никон считал иначе и захотел привести русские богослужебные книги и религиозную практику русской церковной жизни в соответствие с греческой. Воспользовавшись доверием царя Алексея Михайловича, человека набожного, он начал церковную реформу и внес изменения в церковные книги и обряды. Он отменил многогласие в литургии, пытался регламентировать повседневную жизнь простого народа и в частности запретил карточную игру, пьянство, сквернословие и распутство и требовал, чтобы каждый россиянин проводил не менее 4-5 часов в церкви. Своим властным и часто бестактным поведением Никон восстановил против себя многих из духовенства и из царедворцев и в результате их интриг отказался от патриаршества, надеясь этим сломить сопротивление настроенного против него царя, но просчитался. Чтобы разрешить свои разногласия с Никоном и получить оценку, проведенных Никоном церковных реформ, царь решил в 1666 г. созвать собор с приглашенными из Греции видными церковными деятелями. Защищаясь от выдвинутых против себя обвинений, Никон выдвинул новую (для православия) идею о главенстве Церкви над государством. Но Никону не удалось убедить собор в правильности верховенства Церкви над государством. Собор подтвердил право царя управлять своими поддаными, включая и духовенство и церковную иерархию, вплоть до патриарха, что царю следует всем подчиняться во всех вопросах, кроме догматических. Одновременно собор поддержал никоновские реформы и предал анафеме им противящихся. Решение собора по вопросам веры вызвало в церковном обществе раскол. Отколовшихся стали называть староверами или старообрядцами. Староверы встали в оппозицию государству и официальной Церкви.

Хотя этот раскол непосредственно не затронул вопрос отношений между Церковью и государством, но в связи с уходом в раскол наиболее лучшей части православных этот раскол ослабил официальную Церковь во главе с патриархом и поставил Церковь в полную зависимость от государства, к которому патриархия вынуждена была обратиться за помощью для предотвращения массового бегства своих членов из своих рядов. С течением времени из числа староверов возникло значительное сектантское движение. По данным статистики 1880-х годов в России было около 25 миллионов староверов и 6 миллионов сектантов.

6. Петр I, синодальное управление православной Церковью и крепостное право.

Хотя российская православная Церковь до Петра I была в подчинении у самодержавия, она все же еще сохраняла свою отдельность от государства и некоторое подобие автономии. Она имела своего патриарха, свои административные, судебные и налоговые органы и земельные владения, жителей которых она судила и облагала налогами. Петр I окончательно покончил с самоуправлением в православии и слил его с государственным аппаратом. После смерти патриарха Адриана, управлявшего Российской православной Церковью с 1690 по 1700 гг., Петр I упразднил патриархат, судебный иммунитет Церкви, конфисковал доходы Церкви. Церковь не сопротивлялась. Ни один православный епископ, кроме епископа Арсения Мацеевича, сосланного в ссылку, не протестовал против уничтожения царем патриархата.

Учреждается Монастырский приказ и с его учреждением Церковь лишается контроля над своими доходами, и финансовый кризис поражает все стороны церковной жизни: монастыри, церковное строительство, церковное просвещение. Разработка церковной реформы была в целом завершена к 1720 г. и основным законодательным актом, который был положен в ее основу, стал Духовный регламент, составленный в 1718-1720 гг. епископом Феофаном Прокоповичем и исправленный самим Петром I. Для выполнения функций церковной власти, взятых на себя государством, создана "Духовная коллегия", вскоре названная Святейшим Синодом. Св. Синод действовал как правительственное учреждение, которое, подобно Сенату, Государственному совету или Кабинету министров, имело на то полномочия от верховной власти. Все распоряжения Синода выходили под штемпелем "По указу Его Императорского Величества" и утверждались императорской властью — "Быть по сему".

Кроме того, распоряжения Синода подлежали визированию со стороны обер-прокурора Св. Синода — назначаемого императорской властью государственного чиновника, на которого и была, по существу, возложена высшая исполнительная власть в Церкви.

Именно он ведал всеми сношениями с государственной властью. Он делал доклады императору. На совещания, на которых обсуждались церковные дела, государь приглашал в основном только обер-прокурора. Синод часто не мог обращаться к государственной власти иначе, как через обер-прокурора, который, таким образом, сделался посредником между императором и Церковью.

Церковная реформа не встретила поддержки в церковных кругах, но ей не было оказано и серьезного сопротивления.

Была установлена присяга, должная приноситься членами Духовной коллегии: "Исповедую же с клятвою крайняго судию Духовныя сея Коллегии быти самого Всероссийского Монарха, Государя нашего всемилостивейшего. Клянусь и еще Всевидящим Богом, что вся сия мною обещанная — не инако толкую в уме моем, яко провещеваю устами моими". Текст этой присяги наглядно свидетельствовал, что и Духовный регламент, и вся церковная реформа были актами государственной власти и не имели никакого канонического достоинства. Из этого текста отчетливо видно, что "во главе Церкви, по законодательству Петра, стоит та же самодержавная власть, что и во главе государства". Почти 200 лет эта присяга принималась русской иерархией. Только император Николай II согласился упразднить эту присягу.

Принятием Духовного регламента и дополнительных к нему документов не завершается реформаторская деятельность Петра I. Вплоть до своей смерти он ведет работу по своеобразной "протестантизации" религиозной жизни России.

Петр I делает православное духовенство придатком полицейской машины: "Если на исповеди кто-либо откроет священнику пусть и несовершенное, но уже задуманное преступное деяние, особенно измену или бунт против Самодержца или Государства, или злой умысел против чести или здравия Государя и семейства Его Величества... исповеднику должно не только отпустить ему грехи, в которых он открыто исповедался... но и незамедлительно донести о нем в специально обозначенное для сего место в согласии с личным указом Его Императорского Величества... в силу чего за слова, затрагивающие высокую честь Его Императорского Величества и наносящие ущерб государству, сии злоумышленники должны быть незамедлительно схвачены и препровождены в назначенные места" (Полное собрание законов Российской империи с 1649 г., СПб, 1830 г., т. 6, стр. 701).

После издания "Регламента" духовенство регулярно сотрудничало с полицией. Например, оно было обязано помогать полиции отыскивать уклоняющихся от переписи населения, доносить на политически инакомыслящих. Никто из духовенства не протестовал против "Духовного регламента". Духовенство было обязано нести также полицейскую повинность в виде отбывания караулов по улицам, явки на пожары.

Для защиты православия применяются жестокие меры. Особенно показателен в этом отношении указ Петра I о введении смертной казни за совращение православных в иную веру, а также жестокие наказания, предусмотренные за богохульство и святотатство. Органам государственной власти вменялось следить за регулярностью посещения гражданами храмов, их присутствием на исповеди. Широко известен высочайший указ 17 февраля 1718 г., обязывавший всех подданных ходить в воскресные дни к вечерне, заутрене и особенно литургии и указ 1737 г., которым священникам предписывалось давать точные сведения о не исполнивших долг исповеди, а гражданским властям взыскивать с таких людей штрафы.

В результате реформы Церковь во многом лишилась возможности быть воспитательницей народа, свободно отзывавшейся на все явления его жизни, и народ, вполне естественно, либо уходил от нее в поисках новых учителей, либо впадал в состояние религиозного безразличия.

При воцарении Петра I из 12-13 млн. крестьян — 750 000 было у Церкви. В 1762 г. Петр I повелел слить церковные земли с государственными и тоже никто не протестовал. Через 2 года Екатерина 2 подтвердила этот указ. В 1767 г. около 1 000 000 крестьян от Церкви перешли к государству. Духовенство переведено на государственное жалованье. Епархии совмещены с губерниями для лучшего надзора за ними со стороны государства.

Политика подчинения Церкви государству продолжалась и при последующих императорах и императрицах.

Утилитарный прагматический взгляд Екатерины II на православную веру отчетливо проявился и в ее решениях назначить на должность обер-прокурора Св. Синода масонов: Мелиссино и Чебышева. Первый вошел в историю как человек, предложивший ослабить и сократить посты, уничтожить почитание икон и св. мощей, запретить ношение образов по домам, сократить церковные службы, отменить составленные в позднейшие времена стихиры, каноны, тропари, назначить вместо всенощных бдений краткие моления с поучениями для народа, дозволить избрание епископов из священников без пострижения в монашество, изменить облачение духовенства, приблизить его к светской одежде, отменить поминовение усопших, дозволить вступать в брак свыше трех раз, запретить причащать младенцев до десятилетнего возраста. А. Чебышев известен открытыми заявлении о своем неверии в бытие Божие.

Александр I — российский император (родился в 1773 г.). С 1783 г. их главным наставником был масон полковник Лагарп, в те годы швейцарский республиканец, восторженный поклонник отвлеченных идей французской просветительской философии. В. О. Ключевский отзывается о нем, как о "ходячей и очень говорливой либеральной книжке", и пишет, что "во всем, что он говорил или читал своим питомцам, шла речь о могуществе разума, о благе человечества, о договорном, происхождении государства". При том этот наставник "не разъяснял ход и строй человеческой жизни", а "полемизировал с исторической действительностью, которую учил не понимать, а только презирать". В результате такого воспитания будущий император получил значительный запас величавых самоновейших политических идей, самых доброжелательных устремлений. Но эти идеи и устремления имели тот серьезный недостаток, который перечеркивал все их достоинства. И этот недостаток также был связан с личностью наставника — Лагарпа, как отмечает Ключевский, был атеистом. Позднее Александр I так оценил результаты своего воспитания: "Я был, как и все мои современники, не набожен". Действительно, что еще можно сказать о религиозном состоянии человека, который только в самый канун Наполеонова нашествия впервые прочитал Новый Завет (т.е. в 35 лет).

Подведем итоги состояния российского православия относительно его зависимости от светской власти. В чем должны состоять по мнению российских самодержцев функции видимого главы Церкви? Они состоят в издании церковных законов, назначении на епископские места и в произведении высшего суда по всем отраслям церковного управления. Об этом пишут учебники церковного права. "Высшая правительственная власть в русской православной Церкви принадлежит самодержавному Императору" (Н. Суворов, Учебник церковного права. Москва, 1902, стр. 228). "В русской православной Церкви законодательная власть во всем, что касается устроения юридического порядка Церкви, принадлежит самодержавному монарху, не в смысле только государственного согласия, а в смысле внутренне-церковной правообразующей силы" (там же, стр.264).

То есть русский Государь не только имеет право соглашаться или нет на изданные церковной властью законы (что приписывали себе и некоторые западные государи), но он есть источник церковного права и церковных полномочий. Он даже "определяет границы, в которых должны действовать органы церковного учительства", то есть пастыри (там же стр.229). Относительно функций "Правительствующего Синода" он "власть свою заимствует от Монарха" (там же стр.230).

Члены Синода присягали на верность Государю, как главе Синода: "Исповедаю же с клятвою крайнего Судию духовныя сея коллегии (то есть Синода) быти самого Всероссийского Монарха, Государя нашего Всемилостивейшаго" (Духовный регламент, стр.6). А другие епископы при своём посвящении присягали: "Обещаюся во все дни живота (жизни) моего повиноваться всегда св. Прав. Синоду, яко правильной власти, от... Петра Вел. Установленной" ("Чин избрания и рукоположения архиерейского", Москва, 1816).

Таким образом, видимым главой русской православной Церкви являлся Император, он правил православной Церковью вплоть до 1917 г. Хорошо это или плохо? Соответствует ли это Евангелию? "Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу" (Мф.22:21) — отвечает Евангелие. Следовательно, порядок в православной Церкви не соответствовал учению Христа. Самые честные защитники русского православия скажут: "Верно Церковь у нас была порабощена государственной властью; но её в этом обвинять нельзя; это самовольный захват её государством". На это можно ответить: Церковь, основанная Иисусом Христом, Церковь, которой обещано, что врата адовы не одолеют её, не должна подчиниться чуждой для неё власти. Между тем русская Церковь, возможно и скрепя сердце, всё таки подчинилась государству. Епископы не только молчаливо согласились, но даже под клятвою исповедывали, что самым высшим правителем Церкви считают Государя.

Крепостная зависимость крестьянства в католической Европе, образовавшаяся из-за неразвитости торгово-денежных отношений и завоевания народов древней Римской империи германскими племенами с развитием христианских отношений в католической Европе существовала в более мягких формах, уменьшаясь исчезла. Уничтожением крепостного права в Западной Европе мы обязаны христианству. Ведь католическое духовенство везде подало пример освобождения от крепостной зависимости крестьян и римские папы первые добились уничтожения рабства в областях, подчинённых их духовному управлению.

В России крепостная зависимость расцвела в период наибольшего укрепления православия: возникновения Русского патриархата и его наибольшего влияния: при набожном царе Федоре Ивановиче (1584-1598), влиятельных патриархах: Иове (первом патриархе, 1589-1607 гг. ), Филарете (1619-1633) — отце царя Михаила Романова и властном Никоне с 1652 года.

Так, в 1597 г. были определены урочные года, в течении которых крестьян можно было отлавливать и возвращать прежнему помещику. Первоначальным таким сроком (при набожном царе Федоре Ивановиче) был срок в 5 лет. Затем этот срок был увеличен до 10 и до 15 лет.

На земском соборе 1648 г., (в царствование набожного царя Алексей Михайловича), принят закон разрешавший дворянам искать и возвращать к себе беглых крестьян без урочных лет. Это означало полное закрепощение крестьянства.

В 16 веке холопы подать не платили, т.к. считались собственностью помещиков. С конца 17 века по велению Петра I подать государству стали брать и с них, что привело с течением времени к полному смешению крестьян с холопами, к отождествлению государственных тягловых людей-крестьян, живших на частных землях помещиков с помещичьими рабами-холопами.

Помещик мог переселить крестьян с одной земли на другую, а в случае неповиновения крестьян ему мог требовать себе помощи властей.

При Екатерине II на Украине прекращен свободный переход крестьян и введено крепостное право. Под влиянием крестьянских волнений помещики получили право без суда ссылать своих крестьян в Сибирь на каторжные работы. Помещики без всяких ограничений, по давней привычке распоряжались трудом, имуществом и жизнью своих крестьян, продавали их и переселяли, судили и наказывали часто с большой жестокостью.

Почему православная Церковь не протестовала против насилия одной части народа против другой?

Православная Церковь никогда не находила общего языка с образованной и прогрессивной частью населения России, так как она перестала быть совестью нации благодаря прислужничеству власть имущим и своему консерватизму в области просвещения и обрядоверию. Она удивляла своей антиинтеллектуальностью. Поэтому образованных людей в ней было мало.

Начальным образованием Церковь занялась только с 1860 г. и то по приказу правительства. Дворянству вступать в духовенство было запрещено, поэтому подавляющее большинство российского духовенства происходила из простолюдинов, часто из самых низших социальных слоев населения и было обычно малообразованным и не пользовалось уважением.

В итоге православие:

а) не отстояло церковной автономии по Мф.22:21: "Отдавайте кесарево кесарю, а Божие Богу" и стало служанкой государства;
б) в церковном споре между Константинополем и Апостольской Столицей последовав за ним в церковный раскол изолировало Россию от христианского Запада, а создав идею 3-го Рима, противопоставило себя Западной Европе в своей религиозной нетерпимости, став с некоторого времени тормозом в культурном развитии России;
в) не боролось с крепостным правом, противоречившим христианской этике;
г) было равнодушно к социально-политической несправедливости.

Благодаря идеологической, организационной и нравственной своей несостоятельности православие потеряло авторитет в народе, особенно у интеллигенции, в высших слоях общества. В итоге в России образовался социально-идеологический вакуум, который не смогло заполнить самодержавие и который ("природа не терпит пустоты") был заполнен идеологической и политической оппозицией самодержавию.

Вместо того, чтобы искать себе уроков в старой, религиозной Европе, заложившей в её народах тот духовный потенциал, благодаря которому она стала лидером духовного и материального прогресса в мире, российская интеллигенция пошла на поводу "новых" Европы и США, где под влиянием антихристианских идеологий моральная жизнь переживала упадок.

В 1917 г. произошла февральская революция, организованная российскими масонами с соответствующей ей антихристианской идеологией, а затем октябрьская, так называемая, "социалистическая революция" с установлением атеистической диктатуры, начавшая открытое преследование христианства. В результате разгрома большевиками православной Церкви, с вновь избранным патриархом Тихоном, новое руководство Церкви, во главе с заместителем патриаршего местоблюстителя Сергеем, стало на путь пресмыкательства перед атеистической диктатурой и сотрудничества с ней. Остатки настоящих, гонимых православных христиан, спасаясь от истребления, ушли в подполье [9, 10, 11, 12, 19].

7. Победа атеистическо-коммунистической диктатуры.

Внешне, казалось бы, Православная Церковь вступала в революционную эпоху как мощная организация. Официально к 1914 г. в Российской империи было 117 млн. православных христиан, проживавших в 67 епархиях, управляемых 130 епископами и свыше 50 000 священниками и диаконами, служивших в 48 000 приходских храмах. В ведении Церкви было 35 000 начальных школ, 58 семинарий, больше 1000 монастырей с почти 95 000 монашествующих. Однако, не имея видимого канонического главы Церкви (патриарха) и периодически собираемых соборов, обеспечивающих связь учащей Церкви с периферией, Церковь в период революции оказалась разъединённой, а с отречением царя, формального земного главы Церкви, обезглавленной и лишенной своего механизма управления.

Следующий пример из жизни Церкви характеризует её плачевное состояние: из отчета армейского духовенства известно, что после освобождения солдат Временным правительством от обязательного исполнения обрядов и таинств Церкви, процент православных солдат, соблюдавших таинство причащения сократился с почти 100% в 1916 г. до менее 10% в 1917 г. Со слов генерала Деникина известно, что "поступавшая в военные ряды молодёжь к вопросам веры и Церкви относилась довольно равнодушно" и "духовенству не удалось вызвать религиозного подъёма среди войск" [14]. Этот армейский отчёт характеризует отношение к религии солдатства, состоявшего по преимуществу из крестьян. Относительно отношения к Православию со стороны русской интеллигенции положение было ещё хуже. Она сплошь была охвачена революционным движением, оппозиционным не только царизму, но и Православной Церкви, считая её частью полицейской государственной машины.

При такой атмосфере отношения населения России к православной Церкви она конечно не могла оказать серьёзного сопротивления атеистическому большевизму. Патриарх Тихон после неудачных попыток сопротивления атеистической политике государственной власти, ставшей причиной его ареста, после его освобождения из тюрьмы (не известно на каких условиях), 28 июня 1923 г. сделал официальное заявление, в котором осуждает "всякое посягательство на Советскую власть, откуда бы оно ни исходило. Пусть все заграничные и внутренние монархисты и белогвардейцы поймут, что я советской власти не враг". В послании 1 июля патриарх кается "в ряде наших пассивных и активных антисоветских действий". 13 июля 1923 г. в интервью секретарю британского комитета "Руки прочь от России" В.П. Коутс, он отрицает, что советская власть когда-либо преследовала за религиозные убеждения [14].

В апреле 1925 г. перед своей смертью патриарх Тихон оставил "Завещательное послание", при составлении которого большую роль играл митрополит Пётр, ближайший помощник патриарха Тихона, избранный после его смерти местоблюстителем патриаршего престола. В послании говорилось: "пора понять верующим...что судьбы народов от Господа устрояются, и принять всё происшедшее как выражение Воли Божией ...в гражданском отношении мы должны быть искренними к Советской власти и работе СССР на общее благо ...осуждая всякое сообщество с врагами Советской власти и явную или тайную агитацию против неё. Призывая церковно-приходские общины... не допускать никаких поползновений неблагонамеренных людей в сторону антиправительственной деятельности ...мы призываем выбирать в церковно-приходские советы людей честных и преданных Православной Церкви, не политиканствующих и искренне расположенных к Советской власти..." [14].

После смерти патриарха Тихона в апреле 1925 г. его местоблюстителем должен быть стать митрополит Пётр (Полянский), но он был в декабре 1925 г. арестован. Его место занял заместитель патриаршего местоблюстителя — Петра, Нижегородский митрополит Сергий Страгородский (1867-1944).

Против митрополита Сергия выступил образовавшийся в конце 1925 г. Временный высший церковный совет с архиепископом Екатеринбургским Григорием (Яцковским). К маю 1927 г. власть над Церковью перешла к митрополиту Сергию. 29 июля 1927 г. он издал обращение к духовенству, подписанное им и ещё восьмью архиереями, получившее известность как "Декларация митрополита Сергия". Авторы "Декларации" писали: "Мы, церковные деятели, не с врагами нашего Советского государства и не с безумными орудиями их интриг, а с нашим народом и нашим правительством... Нам нужно не на словах, а на деле показать, что верными гражданами Советского Союза, лояльными к Советской власти могут быть не только равнодушные к православию люди, не только изменники ему, но и самые ревностные приверженцы его, для которых оно дорого, как истина и жизнь, со всеми его догматами и преданиями, со всем его каноническим и богослужебным укладом. Мы хотим быть православными и в то же время сознавать Советский Союз нашей гражданской родиной, радости и успехи которой — наши радости и успехи, а неудачи — наши неудачи. Всякий удар, направленный в Союз, будь то война, или бойкот, какое-нибудь общественное бедствие или просто убийство из-за угла... сознается нами как удар, направленный на нас. Оставаясь православными, мы помним свой долг быть гражданами Союза не только из-за страха, но и по совести, как учил апостол" [15].

Декларация митрополита Сергия вызвала раскол в православной Церкви СССР, свыше 60 православных архиереев декларацию не признали, не признали её и православная иерархия, оказавшаяся в результате гражданской войны в изгнании за рубежом. Кроме григорьевцев, не принявших "Декларации" против Сергия выступила группа митрополита Иосифа (Петровых) — викария Ярославской епархии.

Истинные православные уходили в катакомбную (подпольную) Церковь. В 1930 г. митрополит Сергий иностранным журналистам заявил, что "Церковь властями не преследуется". В этом же году был закрыт последний монастырь, а число преследуемых православных исчислялось десятками тысяч. К 1939 г. в СССР легально действовали немногим более 100 православных приходов и только 4 подчинённых митрополиту Сергию архиерея. Православие было разгромлено.

В целях использования православных христиан в борьбе против воевавшей с СССР Германии вместо разгромленной подлинной Церкви, Сталиным и Берией в 1943 г. была образована Московская патриархия. Формально сохранив преемственность епископата от исторического православия, используя традиционные богослужения и обряды, Патриархия фактически стала подразделением госбезопасности, основными функциями которой были мобилизация православного населения на борьбу против германского фашизма и обслуживание тоталитарного коммунистического режима.

Для её создания собрали в Москву из концлагерей лояльных советскому режиму архиереев и из их числа и сергианской группы митрополитов (самого Сергия, Алексия Симановского и Николая Ярушевича) — всего 19 человек; и объявили их якобы "православным собором", на котором 8 сентября 1943 г. провозгласили Сергия Страгородского "патриархом всея Руси".

15 мая 1944 г. патриарх Сергий умер и собравшийся в Москве 31 января 1945 г. поместный собор избрал патриархом Алексия I (Симанского). Сохранились письма и послания этого Иуды, дающие возможность увидеть подлинное лицо этого человека.

№ 1. Письмо Алексия I Председателю Совета по делам Русской Православной Церкви полковнику госбезопасности Г.Г. Карпову.

"Дорогой Георгий Григорьевич! Посылаю Вам:

— от Д.С. Солода из Дамаска коробку с восточными сластями;
— от меня для вашего кабинета ковёр — во всяком случае персидский;
— подушку с пожеланием, чтобы она служила вам верой и правдой. Я думаю можно сделать, чтобы она была помягче. Она тоже восточного происхождения — из Каира.

Сердечно Вам преданный П. Алексий. 28.VI. 1945".

В ответ полковник КГБ Карпов посылал патриарху парчу, малахитовые коробки, "чудесные вазы" [16].

За преданное служение атеистической диктатуре патриарх Алексий награждён четырьмя (!!!) орденами Красного Знамени.

№ 2. Описание встречи со Сталиным патриархом Алексием I и митрополитом Николаем 10 апреля 1945 года.

"Полные счастья видеть лицом к лицу того, одно имя которого с любовью поизносится не только во всех уголках нашей страны, но и во всех свободолюбивых и миролюбивых странах, мы высказывали Иосифу Виссарионовичу нашу благодарность... Беседа была совершенно непринуждённой, беседой отца с детьми" [16].

№ 3. Слово патриарха Алексия I перед панихидой в честь Сталина в 1953 г.

"Великого вождя нашего народа Иосифа Виссарионовича Сталина не стало. Упразднилась сила великая, общественная: сила, в которой народ наш ощущал собственную силу, которою он руководился в своих созидательных трудах и предприятиях, которою он утешался в течении многих лет. Нет области, куда бы не проникал глубокий взор великого Вождя... Ни один вопрос, с которым бы мы к нему обратились, не был им отвергнут; он удовлетворял все наши просьбы. Память о нём для нас незабвенна..." [16].

С приходом к власти Хрущёва политика КПСС стала более антицерковной. Хрущёв принял меры к уничтожению христианства. Орденоносные советские владыки стали доказывать ненужность религии социалистическому обществу и закрывать церкви. В 1959 г. патриарх Алексий и его сотрудники писали Г. Карпову: "Мы надеемся, что разработанный Вами план постепенного сокращения намеченного ряда монастырей будет одобрен и принят Правительством нашим... и что таким образом безболезненно пройдёт предположенное сокращение наших обителей в указанных областях нашего Союза." [16]. И в итоге с 1958 по 1964 годы количество церквей сократилось более чем в 2 раза.

В 1961 г. решением патриарха Алексия I и позднее патриарха Пимена (Извекова) всё духовенство было отстранено от влияния на хозяйственно-административную жизнь православной Церкви. Оно было превращено в наёмных работников "двадцаток" — учредителей приходов, сформированных советскими исполкомами, "двадцаток", руководимых часто ветеранами КПСС и КГБ и по решению которых священник мог быть уволен, а церковь закрыта. Кстати сказать, Литовская католическая Церковь подобному указанию не починилось и около 87% духовенства подписало письмо в отказе повиноваться такому решению властей. Греко-католическая же Церковь Украины после неудачной попытки ликвидировать её путём слияния с Русской православной Церковью на псевдо-соборе в 1946 г. ушла в подполье, тем самым отказавшись признать законным атеистический режим и подчиняться ему.

В апреле 1970 г. умер патриарх Алексий I и в мае-июне 1971 г. состоялся поместный собор, избравший нового патриарха Пимена (Извекова). Под руководством патриарха Пимена Русская Православная Церковь продолжала пресмыкательство своё перед атеистической диктатурой. Как можно иначе назвать руководящие указания Пимена по миссионерской деятельности Русской православной Церкви? Сравним, что повелел Христос делать апостолам: "идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари" (Мк.16:15). И что повелел делать патриарх Пимен: "Мы твёрдо убеждёны в противопоказанности для Церкви прибегать к каким-то искусственным приёмам для привлечения народа: любые попытки в этом направлении, по нашему мнению, могут привести лишь к профанации религиозных идей. Наши храмы открыты для каждого, кто чувствует в своей душе потребность общения с Богом, кого сам Господь приводит в Дом Свой" [17]. За столь лояльное отношение к атеистической диктатуре патриарх Пимен удостоился от неё ордена Красного Знамени.

Атеистическая диктатура в СССР дрессировала не только высшую иерархию православной Церкви служить своим целям, она осуществляло вербовку в агентуру КГБ и низшее духовенство. По рассказам верных православию священников примерно около 40% низшего православного духовенства были агентами КГБ. Православное духовенство, особенно его высшая иерархия, не только пресмыкалось перед атеистической диктатурой внутри СССР, но и выполняла шпионские и политические задачи за пределами СССР.

В 1990 году на Поместном соборе православной Церкви патриархом был избран Алексий II (Ридигер). Его время руководства православной Церковью России выпало на период образования в России демократического общества.

Подводя итоги поведения высших представителей Русской православной Церкви в СССР, возникает вопрос: как могли высшие руководители православия так низко скатиться в моральном отношении, что превратились не просто в трусов, но и в предателей христианского дела? Обычно их оправдывают страхом перед угрозами со стороны карательных органов применением пыток и смерти или стремлением с их стороны сохранить возможность обслуживание религиозных потребностей православного населения: что если бы они не сотрудничали с органами государственной безопасности, то закрыты были бы остававшиеся открытыми малочисленные церкви. А духовенство было бы всё лишено возможности обслуживания потребностей верующих.

Думаю, что такое объяснение несостоятельно.

Во-первых, в истории христианства есть примеры как следует вести себя при преследовании христианства. Почти 300 лет после явления Христа христиане подвергались преследованиям в Древней Римской империи и в других странах и нигде они не прокламировали свою верность властям языческих народов. Они предпочитали гонения, страдания и смерть. А если и были среди христиан того времени трусы, отрекшиеся от христианства, то ими были рядовые христиане, не имевшие чувства ответственности за своё представительство в христианском мире, правда были врагами Церкви и представители высшего духовенства (поставленные императорами и феодальной знатью даже папами), то таковые были осуждены и заклеймены как антипапы".

Во-вторых, кто встал на путь сотрудничества с атеистической диктатурой и её спецорганами? Иерархия православной Церкви — МОНАХИ, давшие вечные обеты служения Богу. Люди не отягощённые семьёй, которые должны были стоять насмерть за свои убеждения, люди, которым было нечего терять кроме своей жизни.

В-третьих, сохранение Церкви такой подлой ценой, как сотрудничество со спецорганами сопоставимо с применением принципа "цель оправдывает средство", что никак не совместимо с моральными принципами христианства и крайне глупо. Ибо применение принципа "цель оправдывает средство" нравственно разрушает человека и равносильно смертельному греху. Духовенство-кагебисты ничему хорошему мирян научить не могут, ибо имеют "сожженную" совесть.

В-четвертых, высшая церковная иерархия сотрудничала с атеистическим режимом, наглядно явившим свою антихристианскую и античеловеческую сущность. Об этом говорят нижеследующие цифры.

В 1914 г. в Российской империи было 130 епископов, 50 с лишним тысяч священников и дьяконов обслуживавших 48 000 приходских храмов, 35 000 начальных школ и 58 семинарий. Было больше тысячи монастырей с почти 95 000 монашествующих ([14], стр.35).

К началу 1940-х гг. в 25 областях РСФСР не осталось ни одного действующего православного храма, в 20 областях работало не более чем по 5 церквей... В 1941 г. по всей стране оставалось 3021 церквей, из которых почти 3000 были на территориях, присоединённых к СССР в 1939-1940 гг. Таким образом, на коренных советских территориях оставалось немногим больше сотни действующих церквей.([14], стр.168)

За время с 1918 до конца 1930-х годов погибло от расстрелов и в местах заключения около 42 000 православных священнослужителей из 50 тысяч с лишним, бывших в 1914 г. (там же, стр.168).

А общее количество жертв атеистической диктатуры в СССР характеризуются следующими цифрами.

Самый кровавый период в истории России

Пятьдесят лет "достижений" Советской власти (Данные проф. И. А. Курганова).

Человеческие жертвы (в округленных цифрах)

Гражданская война в России (1917-1921)   —   З млн.
Война против Финляндии (1918)   —   50 тыс.
Война против Балтийских стран (1918-1919)   —   110 тыс.
Война против Польши (1920)   —   600 тыс.
Война против Грузии (1921-1922)   —   20 тыс.
Война против Японии (1928-1931)   —   30 тыс.
Красный террор (1917-1923):
— академики, профессора, писатели, художники, учителя, студенты   —   160 тыс.
— чиновники, офицеры, фабриканты, торговцы,
полицейские и жандармы   —   50 тыс.
— духовенство   —   40 тыс.
— крестьяне и рабочие   —   1 млн. 300 тыс.
2-я волна чекистского террора (1923-1930)   —   2 млн.
Первый голод (1921-1922)   —   6 млн.
Второй голод (1930-1933)   —   7 млн.
Убитые "кулаки"   —   750 тыс.
3-я волна чекистского террора (1933-1937)   —   1 млн. 600 тыс.
Ежовщина (1937-1938):
— интеллигенция, рабочие, крестьяне   —   635 тыс.
— члены Коммунистической партии   —   340 тыс.
— чистка Красной Армии   —   30 тыс.
Война против Польши (1939)   —   3 тыс.
Война против Финляндии (1939)   —   400 тыс.
2 мировая война (по Хрущеву)   —   20 млн. (реально значительно больше).
Предвоенные и послевоенные годы (1937-1947)   —   2 млн. 700 тыс.
Находились в конц. лагерях и если не погибли от непосильного труда, издевательств и голода, то были обречены на верное умирание после освобождения   —   20 млн.

Всего из-за Советской власти, население России уменьшилось на 67 млн. 558 тыс. (шестьдесят семь миллионов пятьсот пятьдесят восемь тысяч)

Как можно было, зная такие действия атеистической диктатуры, сотрудничать с ней?! Можно ли к такой Церкви применить слова Христа "и врата ада не одолеют её" (Мф.16:18). Значит врата ада одолели православную Церковь. Следовательно, она не может считаться истинной Церковью Христа.

8. Агония Русской православной Церкви.

Московская патриархия — самое крупное православное объединение в России возникла не в силу какого-либо догматического канонического определения, а в силу политических притязаний Москвы, единственной суверенной в своё время православной державы при оккупации других православных стран исламом. Её претензии состояли:

а) с одной стороны, в стремлении вернуть себе владения рода Рюриковичей, на территории Польско-литовского государства, наследниками которых считали себя московские самодержцы;

б) с другой стороны, в стремлении освободить население православных стран, захваченных исламом.

Теперь Московская патриархия постепенно уходит из мира. Рассмотрим основные причины этого.

Первая причина. Отсутствие в православной Церкви личного иерархического начала (православного "папы"), означает и отсутствие у неё вероучительного авторитета, а значит и харизмы безошибочности в вопросах веры и нравственности. Заменить личное высшее иерархическое начало созывом православного вселенского собора вряд ли возможно, ибо нет среди православных ни светской, ни церковной власти, которая могла бы это сделать. И это доказала история: если не считать вселенским православным собором Ферраро-флорентийский собор (которого православные не признают), то православные вселенские соборы не собирались с 787 года, то есть 1216 лет (2003-787).

Между тем, согласно канонам Восточной Церкви Флорентийский собор является 8-м Вселенским Собором Восточной Церкви. И если считать, по православию, что Вселенский Собор высший авторитет, то отвергнуть Флорентийский Собор мог только новый Вселенский Собор, а такого у православия больше не было. Отрицание Флорентийского Собора фактически — бунт против канонического права. Подобно тому как бунтом признает православие раскол староверов (итог религиозного национализма, посчитавший греков и их слуг-никониан в заблуждении, а Московские традиции истинными).

Вторая причина. Падение оплота православия — самодержавия, сначала в Византии, затем в России. Гибель самодержавия это кризис православия в его иерархических основах: исчез Божий помазанник — российский самодержец, с одной стороны охранявший православие российскими штыками, с другой стороны эксплуатировавший его в интересах светской политики самодержавия.

Цезарепапизм в православии, то есть приспособленчество православия к светской власти существовал благодаря потребности православия в помощи светской власти, обусловленной его слабостью, не конкурентоспособностью православия в борьбе с другими идеологиями. Так как в настоящее время в России царская монархия не актуальна, а следовательно, невозможна, то российское православие находится в стадии умирания.

Симптомами этого умирания православия являются следующие факты.

1. Дробление и автокефализм православия (то есть сепаратизм поместных национальных Церквей), лишенных единого вселенского видимого главы. При этом следует помнить, что восточные православные патриархи — уже давно археологические реликвии.

Иерархическая анархия в православии свидетельствует, что сепаратизм и дальнейшее дробление православия, благодаря сохранению в нём автокефализма, с течением времени будет всё более возрастать. А это означает, что за гибелью Московской патриархии постепенно исчезнут и другие автокефальные (читай: сепаратистские) православные Церкви

Примером дробления православия на множество толков является период существования его при Советской власти. Перечислим возникшие отколы в Российском православии за этот период.

— 16 мая 1922 г. в Москве возникла, так называемая. "Живая Церковь", затем "Союз Церковного возрождения", затем "Союз древнеапостольской Церкви". Эти Церкви представляли собой "обновленческое" движение в православии, выступившее за союз с атеистической диктатурой. Руководители этих Церквей входили в состав объединявшего их Высшего церковного управления.

— В январе 1918 г. в Киеве состоялся собор Украинской православной Церкви, потребовавший от Московской патриархии автономии и она была ей предоставлена. Украинская православная Церковь стала экзархатом Московского патриархата.

— В октябре 1921 г. в Киеве провозглашена Украинская автокефальная православная Церковь.

— В мае 1924 г. в Могилёве возникла Белорусская автономная Церковь.

— В 1920-х годах в СССР возникла в подполье истинная православная Церковь (ИПЦ). К ней примыкает православное движение "Богородичный Центр". Один из епископов ИПЦ еп. Викентий, после падения диктатуры КПСС в СССР, перешёл в греко-католическую Церковь и стал первоиерархом этой Церкви в России и начал формирование русских католических общин (правда, Святой Престол не признал его назначения).

— В 1917 г. в Грузии руководство грузинского экзархата Российской православной Церкви объявило о восстановлении былой автокефалии православной Церкви Грузии.

— В октябре 1921 г. на эмигрантском соборе духовенства в Югославии в Карловацах произошло создание русской зарубежной Церкви, до сих пор не признающей Московскую Патриархию. В настоящее время приходы русской зарубежной Церкви появились в самой России, а руководит ими епископ зарубежной Церкви в Суздале, назначенный митрополитом Русской зарубежной Церкви Виталием.

— В 1920-х годах образовалась Финляндская автономная Церковь, перешедшая из Московской патриархии под юрисдикцию Константинопольского патриархата.

— В 1920-е годы образовалась Польская, сначала автономная, а затем автокефальная Церковь.

— В 1951 г. признана автокефалия Чехословацкой Церкви.

— На территории РСФСР возникли временные автокефальные Церкви Ярославской, Иркутской, Томской, Челябинской и некоторых других епархий [15].

— В 1965 г. Парижская епархия ушла из Московской патриархии и стала экзархатом Константинопольского патриархата.

— Даже внутри Русской православной Церкви, подчиняющейся патриарху Алексею II, нет единства. Духовенство и миряне её поделились на консерваторов и либералов. Среди первых имеются монархисты, антисионисты (движение Русского национального единства). Среди либералов — сторонники демократического направления, противники исключительности православия и противники антисионизма.

В 2001 г. (согласно [25]) в России, кроме Русской православной Церкви (РПЦ), существуют следующие отколовшиеся от Русской православной Церкви:

— Российская православная автономная Церковь — 65 общин;
— РПЦ Зарубежная — 40 общин;
— Истинная православная Церковь (ИПЦ) — 65 общин;
— Российская православная свободная Церковью — 29 общин;
— Украинская православная Церковь Киевского Патриархата — 10 общин.

2. Православные люди сплошь поражены своемыслием и своеволием. Это следствие отсутствия в православии вероучительского авторитета и невежественности в богословии. Отсюда всё большее количество православных попадает в протестантские секты или секуляризуется и даже вовлекается в восточные культы.

3. Православие лишено духа апостольства. Оно никогда не наступает, а всегда пребывает в обороне. Казенный прозелитизм православия в Западном крае царской России лишь доказывал отсутствие истинного апостольского духа, ибо был основан исключительно на военном и административном принуждении. Общая численность номинальных православных христиан от общей численности населения всего мира составляет только 8%, и большая их часть в России. А число практикующих православных в России составляет не более 4%.

4. У православного духовенства нет чувства вселенской церковности. Это ее отсутствие делает православное священство пассивным и одиноким при перенесении жизненных бурь. Священники не обладают пастырской властью. Они одиноки. Средний православный священник не пастырь, а требоисполнитель. И по этой же причине православный народ не получает необходимого религиозного воспитания.

5. Православный обряд и построение богослужения не соответствует ментальности современного русского человека. Обряд этот формировался очень давно. Последние изменения в нём кажется произошли при патриархе Никоне в конце 17 века, когда из-за несогласия с Никоном в новых элементах обряда в Русской православной Церкви возник раскол на староверов и никониан (современных православных). С тех пор прошло около 300 лет и, конечно, люди за это время очень изменились. Вырос культурный уровень русского народа, большинство людей получило среднее и высшее образование в сравнении с почти полной неграмотностью населения около 300 лет назад. Сельское население в своём большинстве превратилось в городское. Изменились обычаи, правосознание, т. е. способ жизни человека и общества. А обряд остался прежний. В связи с общим ростом культуры людей изменились их эстетические вкусы. И что раньше касалось эстетически терпимым, теперь, в связи со знакомством людей с лучшими образцами искусства, через средства массовой информации, просвещение, музеи, уже часто со стороны людей встречает критическое отношение.

— Так церковно-славянский язык явно устарел, его почти никто не понимает а богослужение в православной церкви ведется на этом языке).
— В церквях нет должного порядка: хождение, разговоры, толкотня, отвлечение священника от своих занятий.
— Некрасивый вид и одежда священника и дьякона, заросших гривою волос, с неухоженной бородой, часто пьяных.
— Не гигиеничность обряда причастия, сопровождаемого облизыванием лжицы возможно больным человеком.
— Неучастие мирян (кроме хора) в богослужениях из-за незнания церковно-славянского языка и религиозного невежества и хода богослужения.
— Религиозная малограмотность прихожан (не знают основ христианского вероучения).
— Помпезность, театральность богослужения вместо молитвы "в духе и истине" (см.Ин.4:23).
— В самой литургии встречаются возгласы, потерявшие значение для сегодняшнего дня. Например, призыв к охране дверей при входе в церковь (когда-то в церковь не впускали на литургию верных оглашенных, т.е. не крещенных).
— Православный обряд в литургии не соответствует ментальности современного русского человека. Евангельские советы Христа о приведении обряда в соответствие с современной ментальностью людей во внимание не принимаются:

А) "Никто не вливает вина молодого (новую ментальность) в мехи ветхие (в старый обряд): иначе вино молодое прорвёт мехи, и вино вытечет, и мехи пропадут; но вино молодое надобно вливать в мехи новые" (Мк.2:22).

Б) "Суббота (то есть обряд) для человека, а не человек для субботы (обряда)" (Мк.2:27).

Такой обряд отталкивает от себя современного человека своей архаичностью, помпезностью, театральностью, не гигиеничностью, непониманием, не эстетичностью и иногда даже аморальностью церковнослужителей. В свою очередь, стремление к строгому соблюдению обряда и формальное соблюдение его дают пищу развитию фарисейства (религиозного лицемерия). "Посмотрите на меня. Я соблюдаю все обряды православной Церкви, как вы можете сомневаться в моей религиозности" — так мыслят о себе православные фарисеи, в то время как истинной любви к Богу и ближнему не имеют. А ведь ап. Павел сказал: "Если я говорю языками человеческими и ангельскими... имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так, что могу и горы переставлять... и если я раздам всё имение моё и отдам тело моё на сожжение, а любви не имею, — нет мне в том никакой пользы" (1Кор.13:1-3).

6. Моральность православных христиан низка: нечестность, пьянство, ругань, жестокость, лень, неряшливость, мордобой, распущенность, богохульство. Отсюда — отсутствие в русском народе внутренней дисциплины и неорганизованность нашего творчества, отсюда наша восточнославянская непроизводительность в труде и наша вечная культурная, а значит и материальная отсталость. А так же неприязнь к людям умственного труда, одаренным личностям, т.е. четко выраженный стадный инстинкт абсолютного большинства членов общества.

9. О единстве христианской Церкви.

Краткое изложение основных неудач нашей Родины явно показывает, что они стали возможны благодаря тому, что православная Церковь в определенные исторические периоды перестала быть совестью нации, которой она должна быть по своему назначению в соответствии со словами Христа: "Вы соль земли, Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь её солёною? Она уже ни к чему негодна, как разве выбросить её вон на попрание людям" (Мф.5:13). Почему она перестала быть совестью нации? Почему "врата ада" одолели её? Коротко говоря, не вдаваясь в подробности, потому, что Церковь Христа, непобедимая "вратами ада", в соответствии со словами Христа в Евангелии может быть только Церковь, основанная на апостоле Петре: "Я говорю тебе: ты — Петр (камень), и на сём камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют её" (Мф.16:18). Такой Церковью является католическая Церковь, ибо только она основана на апостоле Петре, который был её первым руководителем, епископом, Папой. Следовательно, чтобы русская Церковь стала также основанной на апостоле Петре, она должна воссоединиться с католической Церковью в одну Церковь так, как это было при принятии Русью христианства в 988 г. Тогда наша Церковь была в единстве с Апостольской Столицей, то есть она была католической Церковью, основанной на её камне — апостоле Петре.

То есть мы должны восстановить христианское единство, ибо такое единство — это не человеческая претензия, а это воля Божия и следующие цитаты из Нового Завете доказывают это.

1. "Я говорю тебе: ты — Пётр (по-гречески — камень, скала), и на сём камне Я создам Церковь Мою" (Мф.16:18). Слово "Церковь" в данной цитате дано в единственном числе, что означает что Христос хотел создать только одну Свою Церковь.

2. "не о них же (т.е. апостолах) только молю, но и о верующих в Меня по слову их: да будет всё едино: как Ты, Отче, во Мне, и Я в тебе, так и они да будут в нас едино" (Ин.17:20-21).

3. "Есть у Меня и другие овцы, которые не сего двора: и тех надлежит Мне привести: и они услышат голос Мой, и будет одно стадо и один Пастырь" (Ин.10:16).

4. "Сохраняйте единство духа в союзе мира. Одно тело и один дух... один Господь, одна вера, одно крещение" (Еф.4:4-5).

5. "Умоляю вас, братия, остерегайтесь производящих разделения и соблазны, вопреки учению, которому вы научились и уклоняйтесь от них, ибо такие люди служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву, и ласкательством и красноречием обольщают сердца простодушных" (Рим.16:17-18).

6. Умоляю вас, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, чтобы все вы говорили одно, и не было между вами разделений, но чтобы вы были соединены в едином духе и в одних мыслях. Ибо от домашних Хлоиных сделалось мне известным о вас, братия мои, что между вами есть споры. Я разумею то, что у вас говорят: я Павлов; я Апполосов; я Кифин, а я Христов. Разве разделился Христос?" (1Кор.1:10, 13).

10. Спорные вопросы православия к католичеству.

Вопрос № 1: Православные богословы критикуют католическую Церковь, значит она в чем-то не права?

Ответ: Канонически критика православием католичества неправомерна, так как высший законодательный орган православия — вселенский собор не осудил католичества, ибо с 787 г. в православии не было ни одного вселенского собора и, следовательно, вся критика католичества со стороны православия — это критика его отдельными богословами. При этом одновременно были в православии богословы и философы положительно отзывавшиеся о католичестве, например Владимир Соловьев (см. "Россия и вселенская Церковь"), Карсавин (см. его книгу "Католичество") и П. Чаадаев ("Философические письма").

Если считать, что последним вселенским собором православной Церкви был состоявшийся в 1439 г. Флорентийский собор, на котором были устранены тогдашние догматические разногласия между католической и православной Церквями и произошло воссоединение Церквей. Согласно же православному учению Вселенский собор является высшим законодательным органом православной Церкви и после этого у православной Церкви не было ни одного Вселенского собора, на котором были отменены решения Флорентийского собора, то каноническая дисциплина обязывает всех православных или соблюдать решения этого собора или добиваться созыва нового Вселенского собора, который бы отменил решения Флорентийского собора. Если же православные не делают ни первого, ни второго, то отрицание решений Флорентийского Собора — бунт.

Вопрос № 2: Папы из гордости присвоили себе примат юрисдикции?

Ответ: Это невозможно, так как Православная Церковь, согласно православного календаря считает 16 пап святыми. Имена и даты почитания этих пап представлены ниже:

Папы, признанные святыми православной Церкви (в церковном календаре):

п/п — чествование по ст. стилю — имя Папы — год смерти
1. 25 ноября Климент I †101
2. 16 марта Александр I †119
3. 5 августа Анфис †236
4. 5 августа Фабиан †250
5. 2 августа Стефан I †257
6. 10 августа Сикст III †258
7. 7 июня Маркеллин I †304
8. 7 июня Маркелл †310
9. 2 января Сильвестр I †335
10. 27 августа Либерий †367
11. 6 апреля Келестин I †432
12. 18 февраля Лев I Великий †461
13. 17 апреля Агапит I †536
14. 12 марта Григорий I Двоеслов †604
15. 14 апреля Мартин I †655
16. 20 февраля Агафон †682

Уже папа Климент I в своём Послании к коринфянам ещё при жизни апостола Иоанна Богослова обращается к ним [коринфским христианам] в качестве арбитра для разрешения спорных в их Церкви вопросов. Что его к этому побудило при ещё живом апостоле Иоанне? Незнанием своих прав? Но этого не могло быть, ибо он сотрудник апостолов Петра и Павла. Гордыней? Но это невозможно, ибо он святой православной Церкви.

Папа Сильвестр I вместе с императором Константином созывает 1-й Вселенский Собор и от своего имени назначает председательствовать им епископа кордубского Осию. Русская православная Церковь называет папу Сильвестра: "Верховник явился еси священного собора... Яко божественный верховник священных отцов... еретиков заградил еси уста". То есть признает его верховенство всей христианской Церковью.

Папа св. Келестин через своего председательствующего на 3-ем Вселенском соборе представителя Кирилла Александрийского осудил ересь Нестория и писал: "Попечению блаженного апостола Петра все присущи" ... Хотя мы обязаны пещись о всех вообще, но преимущественно нам должно идти на помощь к погибающим антиохийцам... И отцы собора не отвергли подобных притязаний св. Келестина.

Из заседаний 4 Вселенского (Халкедонского) собора известно, что папа Лев I осудил Александрийского патриарха и исключил его из участников собора, не ожидая решения самого собора и собор не возражал против этого проявления главенства папы над собором. При вероопределении о двух природах во Христе, собор встал и воскликнул: "Анафема тому, кто не так верует! Пётр через Льва так вещал!".Этими словами Восточная Церковь признавала преемство пап от ап. Петра и признавала его главенство над Церковью.

В послании 6-му Вселенскому собору, посвященного осуждению ереси монофелитов (учения об одной воле во Христе), папа Агафон обосновывает свой учительский авторитет преемством от ап. Петра. Отцы этого собора и даже император признали, что через папу Агафона говорил ап. Петр.

Думаю, что перечень 16 пап признанных святыми православной Церкви и приведённые некоторые места из деятельности отдельных святых пап свидетельствуют, что соборные отцы первых 7 веков были "папистами", то есть убеждёнными католиками.

Вопрос № 3: Что означает термин "православный"?

Ответ: Термин "православный" переводимый с греческого слова "ортодоксальный", означает "иметь правильное мнение", "здраво судить" [13]. Он употребляется как на Западе, так и на Востоке. На Западе он часто употреблялся при распространении там арианства в пятом-шестом веках для обозначения истинных христиан. На Востоке он особенно употреблялся при иконоборческой ереси распространявшейся в восьмом веке для обозначения истинных христиан.

На Киевской Руси до митрополита Киприана употреблялся термин "правоверный", переводимый с греческого слова "ортодоксальный". Так неделя (на церковно-славянском языке, по-русски воскресение) православия ранее называлось неделя правоверная. В 72-ом правиле 6-го Вселенского собора написано: "Не достойно правоверному мужу сочетаться с женой-еретичкой, ни правоверной жене с мужем-еретиком". В качестве противоположения термину правоверный встречаем слово неверный и кривоверный. Например, из постановления Стоглавого Собора 1551 г., определившего: "над брадобритцем ни отпевания, ни сорокоуста не творить... к неверным да причтётся" (см.: "Учебное руководство по истории Русской Церкви", проф. Знаменский, СПБ, 1904 — цит. по: [24]).

Термин "православный" принес на Русь в конце ХIV века Киевский и всея Руси митрополит Киприан (1376-1406) трижды купивший себе в Константинополе Киевскую митрополию. Он привез на Русь книги, в которых вместо термина "правоверный" применялся термин "православный" и велел в новых книгах писать термин "православный". Так слово "православный" закрепилось в русской литературе. Это слово стало означать христиан, не признающих над собою главенства Апостольской Столицы. [7].

Вопрос № 4: Почему в Символе веры греческой православной Церкви употреблёно слово "кафолический", у католиков "католический", а в русской православной Церкви вместо кафолический термин "соборный"?

Ответ: Термин соборный — это неудачный перевод греческого слова "кафолический", латинизированного в "католический", переводимый на русский язык как "вселенский", на белорусский как "повсюдный". Вначале в русском символе веры в рукописи Устюжской Кормчей 13 века употреблялось греческое слово "кафолическая": "Верую во едину, святую кафоликию и апостольскую Церковь" (с.42). на стр.2 и 30 говорится, что в 9 веке свв. Кирилл и Мефодий при переводе этого текста употребили термин "кафоликия". В Новом Завете и в заглавиях посланий апостолов Иакова, Петра, Иоанна, Иуды прилагательное "кафолические" сохранилось в некоторых экземплярах даже до 16 века (с.91). Впоследствии укоренился термин "соборная".Термин "кафолический" применяет митр. Илларион (середина 12 века): "К кафоликии и апостольстей Церкви притекаю..." (Изложение веры митр. Иллариона). В стихире "Молебную память", читаемую на великой вечерне в дни памяти 1 и 7 вселенских соборов, в цветной триоди и в октябрьской минее написано: "и от кафолическия цркве соборне того (еретика Ария) изгнаша". Позднее термин "кафолическая" заменен термином церковно-славянского языка "соборная", которому отдавалось с течением времени всё большее предпочтение. Иногда делались попытки перевести слово "кафолическая" другим словом, например в переводе Символа веры, одобренном Синодом в 1823 г. переведено оно словом "повсемственная". В Книге Правил 1839 г. в тексте Никейского Символа было восстановлено первоначальное имя Церкви — "кафолическая". У православных греков термин "кафолическая" сохранился в Символе Веры до сих пор.

Известные православные богословы: Малиновский (Православное Догматическое Богословие, 1909г., т.3, с.153) и С. Булгаков (Журнал "Путь", № 2, Париж, с.68) указывают, что перевод слова "кафолическая" термином "соборная" неточен, ибо утратилось понятие вселенскости, выраженное в слове "кафолическая" [24].

Вопрос № 5: Православные говорят, что у них главою Церкви является Христос, а у католиков — римский Папа. Поэтому католики не правы, а они, православные, правы?

Ответ: Такое обвинение совершенно невежественно и ложно. Прежде всего следует различать видимое и невидимое руководство Церковью. Христос есть невидимый глава как католической, так и православной Церквей согласно слов ап. Павла: Бог "все покорил под ноги Его и поставил Его выше всего, Главою Церкви, которая есть тело Его, полнота Наполняющего всё во всём" (Еф.1:22-23). Но Христос присутствует в Церкви лишь невидимо и действует в ней только таинственным образом, ниспосылая в сердца верующих свою благодать. Между тем на земле Церковь состоит из видимых людей, которых надо учить и которыми надо управлять, среди которых надо устранять разногласия. видимым образом, что возможно только при условии, как говорит св. Киприан, "если Церковь есть народ, соединенный с епископом, и стадо послушное своему пастырю" (Послание к Флоренцию Пупиану).

Отсюда возникает необходимость существования в Церкви видимой иерархии — духовенства, действующего от имени Христа. И православные согласны с этим и они имеют такое духовенство. Так каждый приход имеет своего настоятеля, благочиние — благочинного, епархия — епископа, еще более крупное объединение верующих — митрополита, патриарха или светскую власть. И было бы противоречием признать необходимость видимого главы для малого количества верующих (прихода, епархии, благочиния, митрополии, страны) и не признать необходимость такого одного видимого главы для всей Церкви в масштабе вселенной, каким у католической Церкви является Папа.

Вопрос № 6: Почему в православной Церкви нет организационного единства, ибо существует около 15 автокефальных Церквей и число их всё увеличивается?

Ответ: Символ Веры говорит о единой Церкви: "Верую в единую... Церковь" В требовании церковного единства сходится как православный Символ Веры, так и католический Символ Веры. Ап. Павел расшифровывает в чем должно состоять это единство: " Одно тело... одна вера..." (Еф.4:4-5). То есть расшифровка ап. Павла говорит об единстве в вероучении и в церковной организации. Тоже говорит Христос:

— "Я говорю тебе: ты — Пётр (по-гречески — камень, скала), и на сём камне Я создам Церковь Мою" (Мф.16:18). Слово "Церковь" дано в единственном числе, что означает что Христос хотел создать только одну Свою Церковь.

— "не о них же (т.е. апостолах) только молю, но и о верующих в Меня по слову их: да будет всё едино: как Ты, Отче, во Мне, и Я в тебе, так и они да будут в нас едино" (Ин.17:20-21).

— "Есть у Меня и другие овцы, которые не сего двора: и тех надлежит Мне привести: и они услышат голос Мой, и будет одно стадо и один Пастырь" (Ин.10:16).

В православной же Церкви есть единство только в вероучении, а в церковной организации единства нет, ибо существующие православные Церкви в организационном отношении автокефальны. И это потому, что у православной Церкви нет видимого главы всей православной Церкви как всемирной организации, нет вселенского главы, функциями которой являются:

а) управление вселенской Церковью и
б) арбитраж по вопросам веры и морали.

Такое отсутствие организационного единства Церкви выгодно только её врагам. Эти то враги и мешают организационному единству Церкви и являются его главной причиной.

Второй причиной отсутствия организационного единства является невежество православных христиан — непонимание ими того, что организационное единство христиан это воля Божия.

Вопрос № 7:
1. Все апостолы равны по своей власти и ап. Пётр имеет ли первенство только по чести ?
2. Ап. Петр назван камнем за высказанные им слова: "Ты — Христос Сын Бога живого", которые выражают собой, что камнем веры есть исповедание веры во Христа как Богочеловека, а не сам Пётр?

Ответ:

1. Христос никогда не учил равенству среди людей. Напротив, среди учеников Он выделил апостолов, среди апостолов — первого: но этот первый, больший (Мк.10:43-44) должен быть слугою другим (Лк.22:26) и в будущей жизни так же нет равенства (Мк.10:40). И на Тайной Вечери (Лк.22:24-26) Христос не отверг власти старшего. он лишь указал на способ пользоваться властью. Поэтому апостолы не равны между собой по власти.

2. Ап. Петр не только первый по чести, но ему дана верховная административная и учительская власть, ибо:

А. Христос назвал ап. Симона Петром (камнем) ещё при первой встрече с Симоном, приведённым ко Христу его братом Андреем : "ты — Симон, сын Ионин; ты назовёшься Кифа, что значит: "камень" (Ин.1:42), то есть не за исповедание им веры во Христа как Сына Божия: "Ты — Христос Сын Бога Живого", (Мф.16:18).

Б. Ап. Нафанаил тоже исповедал веру в Христа как в Сына Божия: "Равви! Ты — Сын Божий" (Ин.1:49), но его Христос не назвал "камнем".

В. Петр, как и Нафанаил, еще раньше исповедал веру в Христа как в Сына Божиего: "мы уверовали и познали, что Ты — Христос, Сын Бога живого" (Ин.6:69), однако Христос тогда еще не назвал Симона "камнем".

Г. Нельзя сказать, что Христос назвал Симона камнем=Петром за высказанное им исповедание веры: "Ты Христос — Сын Бога живого" (Мф.16:18), ибо Христос нигде такого толкования не даёт, следовательно, такое толкование не истина, а версия частного лица. Кроме того, утверждать, что Церковь основана на исповедании Петра не означает, что она не основана на Петре, ибо Христос прямо говорит: "Ты — Петр (=камень) и на сём камне Я создам Церковь Мою"...

Д. Христос обещал сделать Симона таким камнем Церкви, что и врата ада не одолеют ее (Мф.16:18).

Е. Дал ап. Петру власть ключей Царства Небесного, которой никто больше не получил (Мф.16:19).

Ж. Только ап. Петру Христом дана индивидуальная власть связывать и разрешать (Мф.16:19), а другим апостолам право связывать и разрешать только коллективно вместе с ап. Петром. (Мф.18:18).

З. О верховенстве ап. Петра в Новом Завете говорится многократно:

— Среди апостолов ап. Петр назван первым, хотя первым по призванию был ап. Андрей (Мф.10:2).
— Христос обещает Петру неоскудевание его веры и повелел ему утверждать в вере своих братьев (Лук.22:31-32).
— Христос поручил Петру пасти овец и агнцев (Ин.21:15-17).
— Апостолы уступали Петру первое место и первый голос:
а) Петр предлагает избрать на место Иуды апостола (Дн.1:15-26).
б) В 50-цу Петр говорит первую проповедь к народу (Дн.2:14)
в) Исцеляет хромого и проповедью обращает 5000 человек (Дн.3:6).
г) От имени апостолов Петр 2 раза выступает в Синедрионе (Дн.4:8; 5:29).
д) Петр распорядитель имущества Церкви и карает смертью (Дн.5:3).
е) Руководит на соборе в Иерусалиме (Дн.15:7).
ж) Употребление выражения "Петр и апостолы" (Дн.5:29).
з) Павел встречается с Петром, что говорит о его главенстве (Гал. 1:18).

Кроме рассмотренных здесь упоминаний ап. Петра в Евангелии много других текстов, говорящих об ап. Петре. Всего в Евангелиях имя Петр упомянуто 114 раз, чаще имен других апостолов. Даже Иоанн Богослов упоминается только 38 раз.

3. О главенстве ап. Петра над другими апостолами сказано: "Симон! Симон! Се сатана просил, чтобы сеять вас как пшеницу (Лук.22:31). Но Я молился о тебе, чтобы не оскудела вера твоя; и ты некогда, обратившись, утверди братьев твоих" (Лук.22:32). В этом тексте подчеркивается, что Христос будет молиться об ап. Петре для укрепление его веры и Христос даёт Петру власть, несмотря на его человеческие недостатки ("некогда обратившись") .

4. О главенстве ап. Петра говорят слова Христа: "паси агнцев Моих... паси овец Моих" (Ин.21: 15-17).Вывод: апостолы не равны между собой, ап. Петр есть видимый глава Церкви. Ему дана верховная административная и учительская власть.

Вопрос № 8: Был ли в действительности ап. Пётр римским епископом?

Ответ: О пребывании ап Петра в Риме и его смерти в нём говорят следующие источники:

— "Приветствует вас...Церковь в Вавилоне и Марк, сын мой" (1П.5:13). "Вавилон" — синоним развратного Рима, Марк-евангелист — спутник Петра.
— Папа Климент I (†100 г.) в Первом Послании к коринфянам (5, 4) сообщает о смерти Петра в Риме.
— Гроб ап. Петра находится под алтарем базилики св. Петра в Риме.
— О пребывании ап. Петра в Риме и его смерти сообщают: Игнатий Богоносец, Климент Александрийский, Ириней Лионский, Тертуллиан и много других.

Вопрос № 9: Кто виноват в грабеже Константинополя крестоносцами?

Ответ: В этом виноваты:

а) Интриги венецианцев.(город Венеция в Северной Италии).
б) Просьбы о помощи императора Византийской империи Ангела II и его сына Алексея III к крестоносцам о свержении узурпатора и восстановлении их власти в Византийской империи.
в) Невыполнение долговых обязательств восстановленного на императорском престоле крестоносцами императора Алексея III.
г) Убийство узурпатором Алексея III.
д) Нежелание византийцев защищать империю.
е) Нерелигиозность части рыцарей.

Папа запретил рыцарям нападать на христиан. Венеция отлучена от Церкви за захват Задара. Папа запретил нападать на Константинополь и осудил его захват.

Вопрос № 10: Почему католики-миряне латинского обряда причащаются только под видом хлеба?

Ответ: Причастие для мирян под одним видом в латинском обряде установлено в 13 веке. Эта практика причащения не абсолютна и имеет свои причины и исключения. Православные также причащают под одним видом: детей до шестилетнего возраста только под видом вина.

Использованная литература.

1. Свящ. Иосиф Уминьский, "История Церкви", Люблин, 1960 г., перевод с польского.
2. С. Соловьев, "История России с древнейших времен", М., 1959-1966 гг. (29 томов).
3. П. Пирлинг, "Россия и папский престол", М., 1912 г.
4. B. Kumor, "Historia Koscioіa", Lublin, 1976.
5. Рамм Б. Я., "Папство и Русь в Х-ХV вв.", М., 1959 г.
6. Е. Голубинский, "История русской Церкви", М., 1901.
7. "Хто не знае свого минулого, тот не вартий свого майбутнього", Львов, 1923.
8. Дж. Фенелл, "Кризис средневековой Руси 1200-1304 гг.", Москва, 1989.
9. Ричард Пайпс, "Россия при старом режиме", М., 1993г.
10. Митрополит Макарий, "История Русской Церкви". [Митрополит Макарий — с 1879 г. — митрополит Московский и Коломенский. В миру Михаил Петрович Булгаков (1812-1882) — знаменитый богослов и историк Русской Православной Церкви].
11. С. Ф. Платонов, "Учебник русской истории", П., 1915.
12. В. О. Ключевский, "Курс русской истории", М., 1956-1959.
13. Древнегреческо-русский словарь, Москва, 1958.
14. Д. В. Поспеловский, "Русская Православная Церковь в XX веке", Москва, 1995.
15. "Русское православие: вехи истории", Москва, 1989.
16. Глеб Якунин, "Подлинный лик Московской патриархии", Москва, 1996.
17. Журнал Московской патриархии № 7 за 1980 г., стр.19-20.
18. С. Н. Булгаков, "У стен Херсонеса", Журнал "Символ" №25.
19. И. А. Забужный, "Православие и католичество", Царьград, 1922.
20. А. Волконский, "Католичество и священное предание Востока", Париж, 1933.
21. Андрей Дикий, "Русско-еврейский диалог", Нью-Йорк, 1970.
22. Каzimir Bukowski, "Religie swiata a chrzescijanstwo", 1988.
23. Географический атлас мира, изд. Рига-Москва, 1998 г.
24. Журнал "Логос", Москва-Брюссель, 1978.
25. "Религиозные объединения. Свобода совести и вероисповедания", Москва, 2001 г.

На Киевской Руси до митрополита Киприана употреблялся термин

Поделиться:


Проголосуйте за или против, воспользовавшись аккаунтом одной из социальных сетей или почтовых служб.